— Он зашел сюда выпить с вами какао?

— Конечно, — ответил Дайабло. — Мы долго разговаривали. Он рассказывал нам все о том месте, откуда приехал.

— И что потом?

— Потом он ушел домой. Но в тот же вечер мы подкараулили его и выбили из него дурь, чтобы он знал свое место.

— Но я думал...

— О, конечно, — сказал Дайабло, — мы не стали бить его днем. Это разные вещи. Что правильно, то правильно. Бад зарвался, и Дэнни имел право проучить его. Вечером же мы избили его только для того, чтобы ему не пришла в голову мысль, что он может ходить вокруг и избивать «Орлов-громовержцев», когда ему вздумается.

— И что он сделал?

— Когда? Когда мы его накрыли?

— Да.

Ничего. Что он мог сделать? Он дрался, как зверь, но нас было двенадцать ребят. Мы здорово его избили. Мы чуть не оторвали ему руки.

— А что потом?

— Потом на следующий день я пошел навестить его. Я предложил ему вступить в клуб. Он заявил, что не хочет вступать в клуб, где полно «япошек». Я объяснил ему, что мы только пытались показать ему, что к чему в этом районе. Я сказал, мы поняли, — он здорово работает кулаками и хотели бы видеть его в нашем клубе.

— И что от ответил?

— Ответил, что он плевать хотел на наш клуб, а также сказал, если когда-нибудь еще мы нападем на него, то нам лучше убить его. Если мы этого не сделаем и, к примеру, только отправим его в госпиталь, то он постарается выйти оттуда как можно скорее, чтобы убить первого попавшегося на улице «Орла-громовержца». И знаете что?

— Что?

— Я ему поверил. Я рассказал об этом Доминику — это наш президент. Доминик сказал: он настоящий парень и нам не следует его больше трогать. После этого мы никогда его не трогали. Но много раз Дэнни участвовал в наших драках с другими клубами. Он хороший парень.

— Значит, в сущности, это правда, что он не член клуба «Орлы-громовержцы»?

— Да, это правда. Я так полагаю.

— В таком случае, что он делал с двумя членами клуба вечером десятого июля?

— Вам лучше спросить об этом его самого, мистер Белл, — ответил Дайабло. — Я думаю, что он единственный человек, кто знает об этом.

— Понимаю, спасибо. — Хэнк встал и направился к выходу.

— Дэнни по-настоящему смелый парень, — сказал Дайабло. — Двенадцать человек избивали его. Двенадцать человек! И мы били его бутылками и всем, чем попало. Вы знаете ребят, которые могли бы выдержать такое?

— Нет.

— Подумайте об этом, мистер Белл. Этого достаточно, чтобы вызвать дрожь. Двенадцать парней с бутылками. Вы только подумайте об этом.

— Я подумаю.

— Может быть, вам следует начать думать и о том, что эти трое ребят невиновны?

— Ты так считаешь?

— Да. — Дайабло помолчал, улыбаясь. — Нехорошо, что вы не можете остаться и выпить с нами кофе. Я получил удовольствие от нашей беседы. Она напоминает мне ту беседу с Дэнни в тот полдень, когда я угощал его горячим какао. Вы помните о том, как я угощал его горячим какао, и в тот же самый вечер двенадцать парней избили его. — Улыбка Дайабла стала шире.

Они посмотрели друг другу в глаза. Хэнк ничего не ответил и не спеша вышел из кондитерского магазина.

Вдогонку ему, все еще улыбаясь, Дайабло сказал:

— До встречи, мистер Белл.

ГЛАВА VI

Как только Хэнк вернулся, к нему в кабинет вошел Холмз.

— Как дела? — спросил он.

— Прекрасно, — ответил Хэнк.

— У меня есть кое-что для тебя. Хочешь послушать?

— Я предпочел бы, чтобы нам принесли какие-нибудь бутерброды в кабинет.