– Не нравится мне это, – проворчал он. Атмосфера сказки сразу исчезла.

– Мне тоже, – искренне заверила Парис. – Но таков обычай, который я не могу отменить.

Кемаль рассмеялся.

– Не беспокойтесь, – заявил он. – При нас останется самое главное наше оружие, – он постучал себя по лбу, – мозги.

Пилот пошел на посадку, приказав всем пристегнуть ремни.

Самолет приземлился. На краю взлетной полосы стоял мужчина. Он был широк в плечах, с выпуклой грудью и квадратным подбородком. Не человек, а несокрушимый монумент. Справа и слева от него стояли роботы телохранители, вооруженные до зубов. У каждого – по четыре руки с длинными, гибкими пальцами.

Кемаль, которому такие роботы были не в новинку, пояснил:

– Они могут оторвать тебе руку одним движением. С этими ребятами нужно держать ухо востро.

Это было произнесено шепотом, но человек монумент услышал.

– Все верно, – сказал он Кемалю. – Но вы не упомянули о чувствительности их датчиков.

– Извините за промашку, – ответил Кемаль.

Мужчина внимательно рассматривал гостей. Если он и хотел своим замечанием сразу напугать их, то, конечно же, понял, что из этого ничего не получилось.

– Добро пожаловать в Олимпус, – сказал он через некоторое время. – Меня зовут Онапсиан Геликон.

Бак протянул руку:

– Бак Роджерс. Представляю Новую Земную Организацию.

Геликон словно не заметил протянутой руки. Бак показал на Кемаля:

– Это Кемаль Гавилан.

Геликон удостоил Кемаля небрежным взглядом, затем перевел глаза на Парис. В них появилось недружелюбие.

– А это… – продолжил Бак.

– Парис, – перебил его Геликон. – Не могу сказать, что рад видеть вас снова.

Парис покраснела.

– Иштар гарантировал безопасность посланников Земли на нашей планете. И я хочу предупредить вас об этом, – сказала она, высоко задрав подбородок.

Геликон посмотрел на Бака.

– Я хочу предложить вам в знак дружелюбия сдать свое оружие. Таков наш старый обычай.

Геликон протянул руку открытой ладонью вверх.

Бак потянулся к револьверу. И тут раздался взрыв. Позади Бака взметнулись вверх языки белого пламени и куски покрытия взлетной площадки. Бак, Кемаль и Парис бросились на землю, закрыв головы руками. За долгие годы военной службы они привыкли ко всему, и реакция у них была мгновенной. Через секунду они по пластунски поползли вперед. Геликон бросил бешеный взгляд на место, куда упал снаряд, и припустил за своими гостями, которые ползли быстрее, чем он бежал.

Оказавшись на безопасном расстоянии от места происшествия, Бак первым принял сидячее положение и спросил:

– Все в порядке?

Парис посмотрела на развороченную площадку:

– Не у всех. Рисон оставался в самолете.

– Пилот? – спросил Бак.

Она утвердительно кивнула и добавила:

– И мой брат.

Бак сжал ее руку.

– Интересно, мистер Геликон, – спросил он, – вы продолжаете настаивать на сдаче оружия и теперь, после этого?

Геликона трясло.

– Конечно, – ответил он после некоторого колебания.

– Опасное дело, – заметил Кемаль.

– Очень опасное. – Бак посмотрел на Парис.

– Капитан, – сказала она, – если вы полагаете, что это покушение замышлялось в Олимпусе, вы заблуждаетесь…

– Это зажигательная бомба РАМ, – перебил ее Бак.

– Только от них исходит после взрыва такой жар.

– Связь Афродиты с РАМ ни для кого не секрет, – заметила Парис.