– Понял, господин, – поклонился Косой и прикрикнул на двух упырей: – Чего встали? Слышали, что вам приказал господин, быстро по местам…

* * *

В предгорьях, где располагался замок Грозовые ворота, установилась ясная, прохладная погода. Ветер срывал желто-красные листья и разносил их по окрестностям. Ночные заморозки покрыли траву бурым цветом.

Антон активно занимался строительством. С утра до вечера пропадал на стройке. Следил за работами, вникал в каждую мелочь и больше отвлекал работников и старшин артелей, чем помогал. Он своими придирками надоел строителям хуже горькой редьки. Франси, узнав о проблеме, осторожно поговорила с ним.

– Милорд, строители жалуются на вас…

– Как так? – удивился Антон. Он сидел за столом и завтракал в одиночестве. Пришел поздно после осмотра фронта работ. – С чего бы это им жаловаться? Плачу своевременно, не обманываю…

– А так. Когда вы появляетесь на стройке и начинаете их ругать, у них руки опускаются и дрожат. Работу свою делать не могут… Боятся они вас. Вы уж не ходите, пока они строят. Только хуже делаете…

– А если они напортачат, потом не устранишь, – ответил Антон.

– А чего им портачить? Дело свое они знают. Вы нарисовали им, что хотите. Вот и ждите результат. Займите себя чем-нибудь. Вижу, от скуки маетесь.

– Есть немного, – согласился Антон. Он немного подумал. – Ладно, Франси, раз я им мешаю, то пока подходить к ним не буду. Найду себе занятие. Ты права… Скучно мы живем, Франси.

– Это как скучно, милорд? – не поняла женщина.

– Нет у нас музыки, песен и танцев. Может, прикупить потешников? А? Что скажешь?

– Есть у нас свои музыканты и танцоры, милорд, – недовольно произнесла Франси, – зачем серебро на дармоедов тратить.

– Да? Есть? А кто?

– Вам на потеху наши бедуинки и станцуют, и сыграют. Имперки, я слышала, хорошо поют. Вот из них себе и создайте усладу для души, я распоряжусь.

– Ладно, Франси, поверю тебе, собирай их вечером. Узнаем, что они могут и что им надо. Я к Торвалу.

Он встал и, насвистывая что-то веселое, ушел.

Из кухни вышел Флапий, осуждающе покачал головой.

– Совсем наш милорд застраннился. Батюшка его и тот в пожилом возрасте дураком стал. А этот что-то раненько начал… – и тут же получил подзатыльник от жены.

– Ты свой рот закрой, непутевый. Умный у нас милорд. Все, что делает, прибыль приносит. На него люди не нарадуются. Один ты тут хулу разносишь. Слышала я от девок, как ты сетовал при Эрзае на милорда. И глупый, и никудышный. Вот кто этим страдает, так других и обзывает. Сам дурень, каких еще поискать, а лезешь, куда не понимаешь.

– Да я что? – испуганно заюлил Флапий. – Я ничего, только так, мысли выразил вслух.

– Глупые у тебя мысли, старый. Чтобы ты поумнел, сегодня без настойки останешься.

– Да за что?! – в великом возмущении воскликнул старый слуга.

– За то, что рот широко раскрываешь и несешь всякую ерунду. Иди отсюда. Не то зашибу. – Франси взяла в руки скалку. Флапий сразу подобрался. Он знал суровый нрав жены и бывало, она его поколачивала.

– Иду, солнышко, иду, – заспешил старик…

По дороге к кузне Антона остановил один из рыцарей, сэр Арумшаг.

– Милорд, вы позволите с вами поговорить?

– Слушаю вас, сэр, – вежливо ответил Антон. У него было уже четыре служивых рыцаря.