– Гнусавый, спусти господина в подвал, – приказал Чермес.

– Ясно, – ответил толстяк. – Пройдем, господин. Идите вдоль стеночки. Вон в углу будет проход.

Шузмарал сделал шаг по направлению к стене. Чернобородый выпучил глаза и заорал:

– Гнусавый!..

Его крик оборвался воплем вампира. Под Шузмаралом неожиданно провалился пол, а он сам рухнул на дно ямы, из которой вверх торчали вбитые заостренные колья. Жгучая боль пронзила все тело Шузмарала. Он громко и истошно закричал. Стал изо всех сил пытаться выдрать себя из ловушки.

– Ты идиот? – воскликнул пораженный увиденным Чермес. – Это наш господин.

Но пол в это время закрылся, а толстяк удивленно посмотрел на чернобородого.

– Чермес, это чужак, и ты сказал спустить его в подвал. Что не так? Еще вон Косой ссучился…

Он не договорил. Чермес ухватил толстяка за шею и свернул ее, потом жадно приник к его горлу.

– Черме-ес! Сво-олочь… я тебе этого не прощу, – раздался приглушенный крик из подвала.

– Я сейчас, господин, – подскочил на месте чернобородый. – Помогу вам…

Выбегая из комнаты, Чермес позвал бандита:

– Косой, пошли, поможем хозяину. – Сам опрометью выскочил в коридор, ногой открыл замаскированную в стене дверь, проскочил в следующий узкий коридор, забежал в комнату. На бегу он громко приговаривал: – Я сейчас, господин. Не бойтесь. Мы вам поможем… Потерпите… – Добежал до лестницы и стал спускаться в подвал, где была ловушка.

Внизу корчился и стонал нанизанный на десяток кольев колдун Шузмарал. Он дергался, махал руками, пытаясь выбраться из ловушки, но только глубже и глубже нанизывался на колья. В местах, где колья соприкасались с телом колдуна, плоть пузырилась. Шузмарал перестал бороться, захрипел, безвольно опустил руки и начал медленно погружаться в беспамятство.

– Тащи его вверх, с кольев снимем, – приказал Чермес и стал поднимать тело колдуна за ноги. Косой подскочил к голове и, ухватив за плечи, потянул Шузмарала вверх. Руки соскальзывали, слизь, выделяющаяся из ран, обжигала кожу, а тело колдуна провисало. Тогда Косой вытер руки о штаны и ухватил вампира за уши. Дернул вверх, и тело поддалось. Он еще раз с усилием дернул и вытащил верхнюю часть тела. В шее вампира образовалась дыра. Чермес увидел творимое над господином святотатство и закричал на Косого:

– Отпусти уши, зараза!

Косой испугался и бросил голову вампира. Верхняя часть тела Шузмарала снова упала на колья, и от него повалил вонючий дымок.

– Что ты творишь, отрыжка осла! – заорал Чермес. – Тащи хозяина наверх.

Косой, сбитый с толку, в страхе снова ухватил вампира за уши, поднатужился и освободил верх тела. Сняв его с кольев, удерживал руками за уши. Уши при этом у вампира вытянулись, как у осла или зайца.

– У-у-у-у, – взвыл Чермес, – что ты наделал, урод? Зачем тянул за уши, отпусти.

Косой замер, потом снова бросил тело на колья.

Чермес вытаращился и тихо спросил:

– Ты это нарочно, Косой? Позлить меня хочешь, упырская морда?

– Да что Косой? – возмутился упырь. – То тащи, то бросай! Что я должен делать?

– Не за уши тащить…

– А не за уши он не тянется. Сам попробуй.

– Иди к ногам, – крикнул Чермес и, проходя мимо Косого, отвесил тому смачный пинок. Схватил Шузмарала за голову, поднапрягся и потащил вверх. Руки обожгло слизью. Шея Шузмарала, словно гуттаперчевая, изгибалась и тянулась, а тело висело на кольях. В панике Чермес сам ухватил тело за уши и потянул.