Иерархи не понимали, да и не хотели понимать, в какую яму они скатились, и продолжали мыслить прежними категориями своего влияния и власти. Но реальной власти у совета уже не было, и только дело времени, когда сюда прибудут посланники братьев и созовут анклав. Вот тогда-то всем членам совета мало не покажется, в том числе и Варзавану.

Понимая сложность ситуации, иерарх Варзаван решил изменить политику совета, а для этого ему нужны были помощники. К его огорчению, единомышленников в самой цитадели он не находил, поэтому решил действовать авторитарно, но в другом направлении, чем Фестокл. Ему нужно было возглавить борьбу с экспансией культа Рассвета. В этом он видел свой шанс выжить.

Для начала он вызвал к себе главу службы «Чистоты нравов», достойного отца Арзгума. По сути, эта служба должна заниматься сохранением чистоты учения и выявлять еретиков, которые извращали учение Госпожи Заката. Еретики в конце концов становились темными и тайно поклонялись Матери Ночи. Но на деле служба «Чистоты нравов» превратилась в карающий меч Фестокла. Он с ее помощью хватал тех, кто не был согласен с его линией. Членов службы братья за глаза называли карателями.

Достойный эгиед вошел с осознанием своего важного положения. Слегка поклонился, затем уверенно прошел к столу, за которым сидел Варзаван. Новоизбранный глава совета внимательно посмотрел на суровое аскетическое лицо отца Арзгума.

Отец Арзгум был фанатиком террора и слепо следовал за Фестоклом. Как-то он сможет наладить с эгиедом диалог, подумал Варзаван. Он понимал, что совет нужно реформировать, но не хотел допускать поспешных и необдуманных шагов. Один он ничего не сможет сделать, а среди высших членов культа Варзаван не видел сторонников изменений политики культа. Вот и приходилось обращаться к тем, кто занимал ответственные должности, но не принимал решений.

– Присаживайтесь, отец Арзгум, – указал на стул напротив себя Варзаван. Он сидел за столом и, глубоко пряча сомнения, с доброжелательным видом смотрел на старого служителя. Способен ли он измениться?.. Жизнь покажет. Как исполнитель, он сверх всяких похвал – из штанов выпрыгнет, но сделает то, что ему поручили…

Когда тот сел, Варзаван заговорил:

– Отец Арзгум, в замке произошли события, которые заставляют совет иерархов пересмотреть политику отца Фестокла.

– В каком смысле? – нахмурив кустистые брови, спросил отец Арзгум.

– В том, что его политика была не совсем правильной и он сам стал жертвой своей ошибки. За это его убили.

– Если вы дадите мне все полномочия, отец Варзаван, – сурово и твердо ответил эгиед, – я найду убийцу.

– Понимаю, отец Арзгум, ваше стремление найти убийцу, но не кажется ли вам, что это не ваша работа?

– В каком смысле? – снова изрядно удивившись, спросил служитель и, приподняв бровь, стал буравить взглядом Варзавана.

«С этим стариком будет нелегко», – подумал Варзаван и терпеливо стал объяснять.

– В том, отец Арзгум, что у вас есть устав службы, по которому вы должны действовать. Там не сказано, что вы должны искать убийц и пытать их. Разве не так?

– Э-э-э, – растерянно замялся эгиед. – В каком смысле? Мы всегда охраняли и искали. Что до пыток, так это издержки нашей работы… Так было при достойном отце Фестокле, и он был доволен моей работой.

– А до Фестокла?

– Что до Фестокла?

– Что делала ваша служба до того, как главой совета стал Фестокл?

– Не знаю, я стал главой службы при нем, – ответил эгиед.