— Ваша работа?

— Будь я проклят, — заявил Танкред, — если пересматривал все книги. У меня их было целых шесть штук, когда я прибыл в Гамбург.

Инспектор вопрошающе поднял брови:

— Здесь только пять.

— Одну я вручил сегодня литературному агенту.

— Его имя?

— Доктор Фридрих Шпигель. Если позвоните ему, он подтвердит этот факт.

Инспектор кивнул:

— Это старый контрабандистский трюк, но тайник, устроенный вами, мелковат. Наркотики в конверте?

— Не будьте смешным!

— М-м-м… возможно, вы и правы. Уж больно тощим должен быть конверт, и количество наркотиков в нем вряд ли могло оправдать связанный с этим риск. Тогда что же, банкноты?

— Я же пытаюсь объяснить вам, — терпеливо произнес Танкред. — Я писатель и…

— Я знаю, что вы писатель, мистер Танкред, — перебил его инспектор Шлегер. — Я не читал ни одной вашей книги, но, перед тем как покинуть полицейский участок, сделал несколько телефонных звонков. Вы довольно известный человек. Вот почему я нахожу это дело столь затруднительным. По меньшей мере, все случившееся необычно, скажем так.

— Для меня более чем необычно. Войдя в своей номер в отеле, найти на полу мертвого человека… Это не то, что часто случается, не так ли?

— Да уж! И незнакомец к тому же… Вам же убитый незнаком, верно?

— Да, — с ходу ответил Танкред и тут же задумался, не допустил ли он ошибки, причем серьезной.

— Вы никогда не видели его прежде?

Танкред отрицательно покачал головой.

— Вам неизвестно его имя?

— Не имею ни малейшего понятия.

— Вы явитесь в участок, чтобы подписать показания?

— Если должен…

— Вы известный американский писатель, — мягко произнес инспектор Шлегер. — Бывший армейский офицер со многими наградами. Американское консульство пришлет своего представителя в полицейский участок к тому времени, когда вы будете готовы сделать заявление. Я уверен, что будет еще и офицер американских вооруженных сил. Я звонил в их представительство перед выездом сюда, и полковник Гортон сказал, что непременно свяжется с командным генералом.

— Вы весьма обстоятельны в вещах подобного рода, — прокомментировал Танкред.

— Это одно из известных наших качеств… за которые нас так не любят в других странах, — с чувством отозвался инспектор Шлегер.

Глава 15

Было уже три часа ночи, когда Танкред вернулся к себе в отель. Какой-то мужчина в вестибюле читал «Der Berliner Tag». На нем была теплая полушинель. Когда Танкред проходил к себе, в коридоре стоял человек в черном кожаном пальто. Он делал вид, будто разыскивает какой-то номер.

Танкред прошел в комнату, подождал десять секунд, а затем вновь открыл дверь. Человек в пальто прислонился к стене коридора в двадцати футах от его номера.

Около десяти утра Танкред побрился, оделся, потом спустился позавтракать. Уже другой мужчина — в дождевике — маячил возле двери, когда Танкред выходил из ресторана.

У тротуара стояли три такси: один «мессершмит» и два «фольксвагена».

— Кто-нибудь, возможно, последует за нами, — обратился Танкред к водителю «мессершмита». — Если сможете оторваться от него в течение десяти минут — я дам вам банкнот в сто марок.

Водитель обнажил в улыбке два зуба в золотых коронках:

— За сто марок я потеряю из виду собственную Großmutter[8].

Небольшой «мессершмит» начал делать бесконечные повороты на немыслимо узких улочках, прорезанных переулочками, проехал сотню ярдов по тротуару, наконец проскочил насквозь два разрушенных бомбами здания.