– Возьми меня в задницу, – проурчала она, изображая, наверное, воркование. Повернулась ко мне спиной, подперла щеки руками и улыбнулась через плечо своей широкой улыбкой.

Но когда я встретился с ней в реальности… когда уложил ее в постель… у молоденькой проститутки не было четырех костяных выступов, которые выходили из ее черепа наподобие уродливых миниатюрных рогов. Тонкая розовая кожица с них слезла, обнажив белую кость. Еще один раздвоенный нарост виднелся у нее на лопатке, а другой вылезал из локтя. Последний проклюнулся во рту, выпячивая широкую нижнюю губу.

– Возьми меня в задницу, красавчик, – пробулькала она.

Я отступил назад. Но заговорил:

– Ты помнишь меня?

– Не стесняйся…

– Что с тобой случилось?

– Мои мечты меняют меня…

– Что случилось с домом, который здесь был?

– Он вернется…

Когда чум снова повернулась ко мне, я увидел, что на груди у нее нет татуировки, которая должна была ее защищать. Звезды с горящим глазом, которую нанесла подруга. Я попятился к краю тротуара. Девушка сделала неуверенный шаг ко мне, ее руки странно двигались, чтобы удержать равновесие.

– Скажи мне, что происходит! – потребовал я.

– Там кто-то у двери, – ответила она.

Я услышал, что в мою дверь позвонили. И вздрогнул. Словно забавляясь, проститутка улыбнулась так широко, что новый отросток рога высунулся из-под губы, блестя от слюны.

Я поставил игру на паузу (опасаясь того, что мутирующая проститутка может сделать с моим персонажем, пока меня нет), встал из-за стола и направился к двери. Рядом с ней располагался небольшой монитор системы безопасности, но он не работал с тех пор, как я переехал в эту квартиру. Приблизившись к створке, я дрожащим голосом спросил:

– Кто это?

– Габриэль, – глухо ответил кто-то.

Но несколько секунд я не мог в это поверить. Казалось, голос принадлежал мужчине. Глубокий, грудной. Но ведь звук искажала дверь. Может, я просто не мог поверить, что Габи захочет снова встретиться со мной.

Я протянул руку и отпер дверь.

Через долю секунды после того как щелкнул замок, в проем ворвалась масса плоти и стремительно влилась внутрь, словно в ней не было костей. Это был то ли мужчина, то ли женщина – существо гротескно тучное, но двигавшееся с шокирующей быстротой, оно сомкнуло руки на моем горле и толкнуло назад своей громадной массой. Существо захлопнуло дверь ударом задницы. Гора синеватой плоти в похожем на черный парашют халате. Совершенно лысая и без бровей. Именно это создание я видел на платформе метро. Именно оно подглядывало за мной в коридоре, когда я стоял перед брошенной квартирой Габи.

Это была Габриэль.

Руки у нее оказались сильными. Я не мог дышать. Габи прижала меня к стене и поднимала все выше и выше, пока мои ноги не задрыгались в воздухе, пиная ее спрятанную под плащом необъятную грудь. Ноги танцевали, как у повешенного, каблуки зацепили ее одеяние и порвали его.

Я увидел окошко, сквозь которое можно было заглянуть в ее тело. Оно почти зажило, осталось лишь маленькое сморщенное отверстие, похожее на инфицированный анус. А само стекло исчезло – дыра шла прямо в грудь Габи. Там было темно и пусто.

Габи зарычала мне в лицо, показав желтые-прежелтые зубы, и низким голосом, который я не узнал, прогрохотала:

– Ты слишком любопытен, Кристофер. Это не стало бы проблемой, если бы твое любопытство было бы как у меня. Но это не так. У тебя длинный язык. Ты разозлил мистера Голуба. И теперь он обвиняет меня. Он может навредить мне.

Я вцеплялся ногтями в ее запястья. Вцеплялся в лицо. Защищая глаза, она сощурилась.