—      Ничего, Ази. Даст бог, узнаем. Есть там посреди Крыма княжество греческое. Володетель там Исайка-князь. Говорят, дочь у него красавица. Задумал я за сына своего ее посватать.

—      За Иоанна? Он же молод совсем.

—      А меня когда женили? На шестнадцатом году.

—      Не к месту хочу спросить — прости. Сам долго ли вдовым будешь ходить?

—      Невесту найти не могу, — Иван рассмеялся. — За горбато¬го не идет никто. Да и не до женитьбы ноне. Видишь сама, дел-то сколько.

Ази помолчала немного, глядя в глаза князя, потом вздохнула. Вздохнул и князь. Сказал тихо:

—      Была бы ты русской крови...

—      Не надо, друг мой, говорить про это,— Ази подошла к окну, готовая вот-вот заплакать.

—      Ну, засиделись мы,— князь поднялся. — Кто меня выведет отсюда?

—      Есть у меня верный человек. Зовут его Тугейка. Он выведет. Если будет приходить к тебе — ему верь.

Иван согласно кивнул головой. Ази подошла к свече, придавила фитиль пальцами.

...Как только свет в оконце погас, Тугейка подошел к страже. Два стражника мерзли у крыльца, стукали каблуком о каблук, грели ноги.

—      Замерзли? — спросил Тугейка.

—      Мочи нет, — стуча зубами ответил один,— ну кто эту цари¬цу украсть может, а?

—      Порядок такой. Однако по дороге побегайте, погрейтесь.

Стражники побежали греться, Тугейка постучал пальцем в

окно. Князь вышел и скрылся в темноте.

Шагая к Брусяной избе, думал: «Теперь самая пора Крымом заняться».

Глава седьмая

ЗА ЖИВЫМ ТОВАРОМ

...торговый капитал... повсюду пред¬ставляет систему грабежа, и недаром его развитие... связано с насильниче¬ским грабежом, морским разбоем, похищением рабов, порабощением колоний...

Карл Маркс, «Капиталт. III.

В ЗАМКЕ ТАСИЛИ

ад Тасили плывут тяжелые, низкие облака. Зажатая между двух гор деревня выглядит мрачно и неприветливо. Вершины гор плотно окутаны тучами, и кажется, что и сверху она прикрыта низким, тяжелым куполом.

На краю селения стоит высокий дом. Он, как и вся деревня, принадлежит высокородному Ан¬тонио ди Гуаско, почетному гражданину Генуи, и его сыновьям Андреоло, Теодоро и Деме- трио.

Старый Антонио редко появляется в Суроже, большую часть времени он живет в Тасили. Все думают, что он ушел на покой. Хозяйственным! делами ведают его сыновья.

Сегодня в огромном, мрачном доме, в прос торной комнате первого этажа собралась вся семья ди Гуаско. На высоком резном стуле си- дит сам Антонио, по другую сторону грубо ско- лоченного круглого стола — Андреоло и Теодоро Деметрио стоит, прислонившись спиной к холод ному камину.

— Итак, ты отказываешься ехать в Карасу базар,— проговорил отец, обращаясь к Теодоро.

—      Да. Пусть едет Андреоло. Мне надоело работать на него и -отвечать за его глупые поступки.

—      Ну ты, щенок... — Андреоло поднялся из-за стола.

—      Молчи, Андреоло! Разрази меня гром, я не понимаю, о чем ты говоришь.

—      Да будет известно тебе, отец, что не далее как неделю назад мой любезный братен без твоего согласия спалил овчарню у гос¬под из Лусты.

—      Овцы этих господ заходили на нашу землю,— объяснил Ан¬дреоло,— вот я и приказал сжечь овчарню.