|
- Путь подводного дока закончен! - торжественно произнес Степан Григорьевич Корнев, оставаясь все в той же позе - лицом к металлическому днищу дока. И снова наступила тишина. Тысячи людей словно притаились в ожидании чего-то, что должно было произойти. Коля шмыгнул носом и спросил: - Что же теперь, днище отвертывать? - Не раньше чем вышедшие под воду водолазы соединят доки снаружи! - строго сказал Степан Григорьевич. - Опять ждать! - упавшим голосом произнес Коля. - Не беда, подождешь, - ласково пробурчал Седых. Откуда-то донеслись слизкие удары о металл. Люди переглянулись. - Из американского дока слышно, - заметил кто-то. - Из американского! - обрадовался Коля и, приставив руку рупором ко рту, неистово закричал: - Америка! Здорово! - Тише ты! - А это я, чтобы на другом полушарии было слышно, - оправдывался Коля. Последний час, прошедший в ожидании, был мучительным. Казалось, что в доке было невероятно жарко. Вспотевшие, усталые, но возбужденные люди жались к торцовой стенке, взбирались на законченные трубы туннеля, сидели на металлических перилах, толкались на палубах туннельного комбайна. Мостовые краны были усеяны счастливчиками - люди облепили ажурные фермы, как воробьи. Рабочие вздыхали, зевали, шептались между собой. Всем сразу захотелось есть. Из кухни прислали бутерброды - это внесло в толпу радостное оживление. Кто-то предложил спеть. Пели нестройно, но шумно. Из озорства на противоположной площадке начали петь другую песню, но из репродуктора послышался оглушительный рев Ивана Семеновича: - А ну, товарищи, по местам! Соединение доков закончено. Принимайтесь за последнее звено! Закричали крановщики, требуя, чтобы люди слезли с ферм. Рабочие начали проталкиваться вперед. К Седых и Корневу подошел тот же старый рабочий, который проводил импровизированный митинг, и протянул им два ключа: - Иван Семенович, Степан Григорьевич, на работу просим! На почетные места, днище отвертывать. Иван Семенович с серьезным видом поплевал себе на руки и торжественно взял ключ. Степан Григорьевич оглядел всех, скинул пиджак, отдал его одному из рабочих, потом принял ключ и поцеловал его. По толпе пронесся шепот. Принесли алюминиевые лестницы. Притихшая толпа следила, как Иван Семенович и Степан Григорьевич одну за другой ослабляли гайки, которыми было привернуто днище центрального зала. Вдруг Коля закричал: - Вода! Вода! Глядите! Действительно, из щели днища показалась вода. |
