|
Навстречу ему вышел американский рабочий. Он протянул руку Коле и сказал: - Сэм Дикс. Коля поднял палец вверх: - Подожди! Ведь ты первый американский рабочий! - Он полез в карман и вынул оттуда обкуренную старую трубку. - Вот, на, бери! Это тебе подарок... Понимаешь, подарок от Сурена Авакяна. Сэм Дикс непонимающе смотрел на трубку и вдруг расплылся в улыбке: - О-о! Мистер Авакян! Мистер Авакян! Презент! Благодарю вас очень! Благодарю вас! Он обернулся к американским рабочим и, показав им трубку, что-то сказал. - Гпп, гип, ура! - закричали американцы. Степан Григорьевич держал брата за обе руки, словно не хотел никому его уступать: - Пойдем... пойдем ко мне вниз... Нам надо поговорить... Я хочу все, все знать... У меня найдется несколько свободных минут, пока соединяют туннель. Пойдем же, Андрюша... Андрей смотрел по сторонам, одновременно и возбужденный и смущенный. Его счастливые глаза перебегали с труб туннеля на толпу и обратно; на щеках пылали красные пятна. - А ведь закончили! Закончили все-таки Арктический мост! - обращался он ко всем сразу. В русском доке грянул оркестр. В ответ задребезжал джаз из американской части туннеля... ...Братья были одни в кабинете Степана Григорьевича. Степан усадил брата в свое любимое вращающееся кресло, а сам расхаживал тяжелыми шагами, слушая сбивчивый рассказ Андрея. Когда тот на мгновение за молчал, Степан подошел к нему сзади и осторожно по гладил его мягкие седые волосы. Андрей с улыбкой оглянулся на него. Большой, крепкий, все такой же сильный, Степан стоял перед ним, как гранитная скала, выдержавшая все яростные удары океанских бурь. Когда Андрей говорил об О'Кими, Степан вдруг сказал: - Узнав о твоей гибели, Аня ушла со строительства Арктического моста. Сейчас она крупный работник, недавно назначена директором Института реактивной техники. Главный конструктор "Луналета", корабля многократного действия. - Почему ушла? - живо спросил Андрей. - По-видимому, со строительством моста у нее было связано много потрясений. - Она... она горевала обо мне? Степан Григорьевич пожал плечами: - Во всяком случае, замуж за Кандербля она не вышла. - Замуж? За Кандербля? - Да. Она категорически отказала ему. - Она отказала Кандерблю? - Да. И мне также, - невозмутимо ответил Степан. - Тебе? Впрочем... я ведь знаю... Ты воспитываешь детей Дениса. Дверь без стука открылась. На пороге стоял курносый, веснушчатый, торжествующий Коля Смирнов. |
