— Мы точно встречались не накануне, — наконец ответил он, собравшись с силами, — это было недели за две до ее смерти.

— О чем вы говорили?

— Ну, знаете! — Алексей почувствовал раздражение, которое тут же отдалось болью в переносице. Он хотел было сказать этой девице, что все, что они обсуждали с Полиной, было их частным делом, но осекся.

— Погодите. Да, — он поморщился, обираясь с мыслями, — мы встретились, потому что она хотела мне что-то сказать. Что-то важное.

— Это она уточнила, что тема важная?

— Да. Она позвонила и сказала, что дело срочное и важное.

Татьяна подобралась и стала похожа на охотничью собаку, почуявшую след:

— И о чем шла речь?

Алексей сокрушенно покачал головой:

— Я не знаю.

— Как это? — не поняла собеседница и устремила на него такой пронзительный взгляд, что Алексею стало некомфортно — эти глаза словно пронзали его насквозь, и все это было сродни той боли, которую он испытывал. Скрывать свое болезненное состояние от гостьи становилось все труднее. Быстрей бы отделаться от нее и лечь спать. Похоже, он подхватил инфекцию, и она начинала завладевать организмом.

— Понимаете… я решил, что она в очередной раз нашла повод со мной увидеться и возобновить наши отношения. Я к этому был не готов. И поэтому слова не дал ей сказать.

— В смысле, вообще не дали? Даже не выяснили, зачем она пришла на встречу?

— Говорю же, я был уверен, что знаю зачем. Поэтому сразу предложил ей уйти. Она попыталась что-то сказать, но я не слушал. Накричал на нее… я, конечно, чувствую себя конченой мразью, но сделать уже ничего не могу. Что произошло, то произошло…

— Где вы встретились?

— В центре. Я не хотел, чтобы она приходила ко мне на работу. Тогда сотрудники начали бы сплетничать. Слухи бы поползли. В общем, я не счел это уместным. Не люблю афишировать личную жизнь.

— Зачем же вы согласились встретиться, если совсем этого не хотели?

— Я хотел расставить все точки над i. Полина должна была понять, что восстановить отношения невозможно.

Он вспомнил, как Полина возникла в дверях торгового центра в тот летний понедельник. Он ждал ее в кресле релакс-зоны, обуреваемый раздражением. Мало того что он еле согласился на эту встречу, так она еще и опаздывала! К тому же у него затекла нога, а в магазине нижнего белья напротив он уже рассмотрел все комплекты, выставленные в витрине. Полину он увидел сразу, как она появилась. На ней было льняное платье — август клонился к своему закату, но было еще тепло. Это платье Алексею никогда не нравилось: он вообще не понимал моду на эти натуральные ткани. Какая блажь — ходить в чем-то постоянно мятом. Но в этот день она выглядела даже мило в этом одеянии до пят, босоножках на плоской подошве и подвеске с элементами из полированного дерева. Он ощутил что-то вроде былого желания и постарался отогнать эти мысли — нет, больше он на эту дорожку не ступит.

Наверное, Алексей и сам себе не смог бы внятно объяснить, почему он не хотел продолжать отношения с Полиной. Возможно, между ними все сгорело и расплавилось слишком быстро. Роман начался бурно и страстно, и он все отдал этим первым месяцам. А потом наступило какое-то опустошение. Он словно выдохся на короткой дистанции и понял, что на марафон его уже не хватит.

Полина восприняла разрыв как удар. Долго донимала его звонками и эсэмэсками. Пыталась пересекаться с ним у общих знакомых, приезжала к его дому и подолгу сидела в машине, глядя на освещенные окна его гостиной. Но потом вроде взяла себя в руки. Случайные встречи прекратились. Алексей впервые за долгое время вздохнул спокойно.