Она добежала, оглянулась на окна бюро и быстро выпалила:

— Я отпросилась на обед, но мне надо вам кое-что сказать.

Я предложила ей сесть в машину и немного проехать вперед, чтобы никто из конторы не смог увидеть, что девушка разговаривает со мной.

— Что-то о Полине? — спросила я, притормозив у обочины. Девушка кивнула. Мимо по сырому тротуару, утопавшему в осенних листьях, струился поток пешеходов: школьники с рюкзаками, пенсионеры с пакетами, менеджеры всех мастей. Внезапно из-за туч выстрелил яркий луч солнца, и все вокруг стало похоже на лето.

— Вас зовут Лиза?

— Да.

— Ну, расскажите мне, Лиза, что вас заставило броситься за мной вдогонку на таких высоких каблуках? — Я постаралась, чтобы моя улыбка выглядела максимально дружелюбно.

— Дело в том, что я частично слышала ваш разговор.

— Да, вы как раз принесли кофе, я помню.

— Роман Валерьевич говорил, что у Полины не было конфликтов.

— А это не так?

Лиза покачала головой.

— Я не понимаю, почему он не рассказал. На самом деле, не так давно один конфликт был. И довольно крупный.

— В чем его суть?

— У Поли был заказчик, какой-то политик из местных. У него пунктик был на всем итальянском. Дом у него в венецианском стиле, очень смешно смотрится среди остальных домов на его улице. Везде плитка, мозаика, штукатурка и, конечно, мебель. Полина как раз и отвечала за обстановку. Я помню, речь шла о мягкой мебели для гостиной. Деталей я не знаю, но вроде заказали какой-то жутко дорогой комплект из Италии — диван и пара кресел. Естественно, очень вычурный стиль, барокко. Темное дерево, светлая обивка. Ткани — люкс. Гарнитур, наверное, дороже всего дома вышел.

— И что?

— Приезжает вся эта красота из-за границы, Полина ставит ее заказчику, а тот через неделю прибегает с вытаращенными глазами — сволочи, обманули.

Я уставилась на Лизу в недоумении.

— Короче, оказалось, подделка. Мебель только внешне напоминала ту, из каталога. А на деле — какой-то наш, тарасовский левак.

— Как это могло произойти?

— Ну как… Полина же отвечала за мебель. Понимаете, о чем я?

Мне внезапно стало жарко и захотелось открыть окно.

— Хотите сказать, что она провернула какую-то махинацию? Взяла у заказчика деньги, а сама обратилась к какому-то местному производителю?

Лиза уставилась на свои руки.

— А деньги там колоссальные были. Еще должны были прийти кровать с балдахином, кабинетные шкафы, банкетки…

— Вы считаете, Полина на такое способна?

Девушка пожала плечами:

— Я не знаю. Конечно, она не выглядела такой прожженной аферисткой. Но чужая душа — потемки, как известно. Я говорю то, что известно всем в бюро.

— Чем окончилась история с заказчиком?

— Бюро выплатило ему все до копейки и даже больше, я думаю. Иртеньев сделал все, чтобы шум не поднялся. Это же чудовищный удар по репутации. Я знаю, что все услуги бюро для этого политика были бесплатны. За счет конторы Роман Валерьевич лично покупал мебель из того злополучного каталога. Даже сам поехал в Италию, чтобы все проконтролировать, и отсылал заказчику снимки с фабрики, чтобы все сомнения развеять. Компания чуть по миру не пошла.

— А Полина?

— Этот заказ у нее, естественно, забрали. И потом она какое-то время работала только над мелкими поручениями. Затем все вернулось на круги своя.

— Ей стали опять давать заказы? — удивилась я.

— Вы же слышали Иртеньева — по сути, у нас в бюро никто, кроме него, не выполняет заказ целиком.