Утро встретило меня сюрпризом.

— Вы чокнулись?! — спросила я. Вместо одного придурка мне прислали двоих!

— Не горячись, Мэри, — спокойно сказал Тео. — Я же тебе тогда сказал, что не знаю планов отца. Вот на эти каникулы у него планов относительно меня не было, и я решил, что мог бы присоединиться.

— А я ему список дал, он все купил, что надо! — встрял Драко.

— А вы не подумали, что группа уже собрана, взносы оплачены, и… и… — тут я просто зашипела.

— Извини, я не знал, что состав группы фиксированный, — опустил голову Нотт. — Взнос-то я могу уплатить, и даже штраф, если что. Но если нельзя… вернусь домой, у меня портключ есть.

— Да ладно… — вздохнула я, остывая. — Просто предупреждать надо о таких вещах, учтите оба на будущее. Сейчас-то мы в пеший поход идем, а если вдруг на лодках? Куда вас девать? По берегу побежите?

— Ну не бухти ты, пойдем уже, — подергал меня за рукав Малфой. Его так и распирало от предвкушения: как же, он уже ходил в такой поход, а Нотт — нет, можно выпендриваться!

«Мальчишки — идиоты, — в который раз заключила я. — К счастью, некоторые вырастают в таких мужчин, как мой папа!.. Ну, на крайний случай, как Малфой-старший.»

* * *

Домой я ввалилась, открыв калитку ногой, потому что руки были заняты: у рюкзака оборвалась лямка, и приторочить спальник не получалось.

Папа обнаружился в гостиной, в любимом кресле, с газетой и неизменной сигаретой, изжеванной уже до середины.

— Привет! — воскликнула я.

— О, уже вернулась! — обернулся он. — Как прошло?

— Просто супер! Мне же еще Тео подсунули, так он намного лучше Драко соображает, и проку от него больше! В общем, всем очень понравилось… А у нас что? — спросила я. — Кстати, пап, а разве сегодня выходной?

— Нет. У меня отгулы накопились, я и взял сразу несколько, — усмехнулся он. — Надо же и мне отдохнуть. Тем более, Мэри, мы с тобой теперь достаточно богаты, чтобы я мог перекантоваться без работы.

— Папа, только не говори, что тебя уволили! — в ужасе вскричала я.

— Не городи ерунды, — поморщился он. — Что они без меня делать будут? Нет, я честно прожигаю положенные мне дни отдыха… но всегда на телефоне, чтоб его! Проклятый аппарат…

— Хочешь, я провода перережу?

— Я тебе перережу… — добродушно усмехнулся он. — Мэри, от тебя несет костром, иди живо мойся и переодевайся.

— Уже бегу! — заверила я. — А где… Гарри?

— А… — папа вернулся к газете. — Чистит задний двор от снега.

— От забора и до обеда? — с интересом спросила я.

— Именно.

— Давно?

— Третий день.

— И доколе? — выдала я словечко, которое подцепила у Тео, любителя выражаться старомодно и замысловато.

— Пока я не сочту работу удовлетворительной, — сказал папа, поймал мой взгляд и, не дожидаясь вопроса, пояснил: — Я теперь, кажется, понимаю, отчего миссис Дурсль была совершенно не рада этому мальчику. Наш новобранец невоспитан, упрям, дерзок, с дисциплиной не знаком, субординацию не соблюдает, постоянно перечит… хотя ты ведь объяснила ему правила, Мэри?

— Конечно!

— В тебе я не сомневался.