— Угу! В Кубанке у меня дела, вот и поехала, — сказала сообразительная Марина. — Дедушка отправил.

Внимательно наблюдая за их разговором, я заметил, как гаишник немного побледнел.

— Торопишься, что ли? — Спросил он растерянно.

— Очень! Очень тороплюсь! — Марина подалась через мое место к окошку, — прям очень. Не успею — будет у меня беда.

Когда Марина приблизилась, я почувствовал ее приятный аромат: смесь духов и телесного запаха молодой девушки. Краем глаза заметил декольте на светлой блузке. От вида ее небольшой, но красивой груди, во рту начала скапливаться слюна. Выгнутая спинка девушки выглядела с этого ракурса не менее эффектно, чем грудь.

— Да мне зам с масложиркомбината звонил, — говорил в это время Сидоренко в трубке. — Им очень нужна охрана. Ну и попросил спросить, к кому можно обратиться. Конечно, я сразу рассказал им о тебе. Ну, заинтересовались. Там люди серьезные, только официально работают.

— Ну, я и не знал, что ты тут едешь, — растерялся гаишник, болтавший в это время с Мариной. — Вы превысили, конечно, но ладно. Для тебя, Марин, я сделаю исключение. Езжайте.

Услышав слова гаишника краем уха, я незаметно ухмыльнулся. Он брехал. Я знал, что мы ехали не больше шестидесяти и гаишники просто решили докопаться. Бабла срубить на взятках. Но просчитался. Видимо, гаец — знакомый Марины, причем достаточно хороший, чтобы понимать, чья она внучка.

— Прости за беспокойство, счастливого пути, — разулыбался инспектор, напрочь забыв про то, что минуту назад просил мои права.

Недолго думая, я поднял стекло и, не попрощавшись, тронул пассат, чтобы выехать на проезжую часть.

— Вот такая ситуевина у них, — закончил свой рассказ Сидоренко.

— Понял, — сказал я. — Передайте им, что мы работаем и готовы оказать комбинату свои услуги. Спасибо, Денис Евгеньевич.

— Да не за что! Тогда я скажу им твой номер телефона, ладно?

— Конечно, — согласился я. — Пусть звонят в любое время.

— Так вот, оказывается, куда Степа делся, — задумчиво сказала Марина, когда мы выехали из Красной поляны. — В милицию пошел работать.

— Кто это? — Спросил я.

— Да парень из моей школы. Учился на два класса старше меня. Когда я была в первом классе, мы дружили. А в восьмом он мне даже в любви признавался, — Марина кокетливо стрельнула в меня глазками.

— Вот как, — хмыкнул я.

— Угу. А кто звонил?

— От тебя очень приятно пахнет, Марина, — сказал я, посмотрев на нее с улыбкой.

— Что? — Девушка удивилась. Даже, я б сказал, изумилась внезапному моему комплименту.

Ее маленькое треугольное личико тут же зарумянилось и она поспешила спрятать взгляд своих больших глаз. Смутилась.

— Спасибо, Витя, — тихо ответила она.

Чтобы попасть на керамический завод, нужно было проехать весь Новокубанск. Малоэтажный город встретил нас почти что деревенской застройкой. Неширокая главная улица Мира повела нас напрямик, к противоположной окраине города.

Новокубанский завод керамических стеновых изделий встретил нас угловатым, похожим на кирпич корпусом своей конторы. Вход на его обширную территорию перекрывал большой КПП с красными распахнутыми воротами. У входа суетились люди. На большой открытой стоянке, закатанной в бетон, к въезду стояла длинная очередь грузовых машины, стремящихся попасть за ворота, чтобы скорее загрузиться.

— Не хило, — проговорил я, медленно проезжая вдоль очереди камазов, газов, зилов и прочих калхид.

— Чего тебе надо? Стой! Скоро заедешь! — Орал на водителя застывшей перед воротами машины какой-то маленький толстенький мужичок, одетый в пиджак на тельняшку.