|
Дворняги, почуяв, что им наконец можно будет схватиться с изнеженным псом, который разъезжает на извозчиках, окружили нас плотной рычащей стеной. Дверь гостиницы отворилась, на пороге показался старый привратник с бакенбардами и стал безучастно наблюдать за суматохой на улице. Нелегко нам было перетащить Роджера с пролетки в гостиницу. Поднять тяжелую собаку, нести ее на руках и все время сдерживать - для этого потребовались совместные усилия всей семьи. Ларри, не думая больше о своей величественной позе, развлекался теперь вовсю. Он спрыгнул на землю и с кнутом в руках двинулся по тротуару, пробиваясь сквозь собачий заслон. Лесли, Марго, мама и я шли вслед за ним по расчищенному проходу с рычащим и рвущимся из рук Роджером. Когда мы наконец протиснулись в вестибюль гостиницы, привратник захлопнул входную дверь и налег на нее так, что у него задрожали усы. Появившийся в этот момент хозяин посмотрел на нас с любопытством и опасением. Мама, в съехавшей набок шляпе, подошла к нему, сжимая в руках мою банку с гусеницами, и с милой улыбкой, словно приезд наш был самым обыкновенным делом, сказала: - Наша фамилия Даррелл. Надеюсь, для нас оставили номер? - Да, мадам, - ответил хозяин, обходя сторонкой все еще ворчащего Роджера. - На втором этаже... четыре комнаты с балконом. - Как хорошо, - просияла мама. - Тогда мы сразу поднимемся в номер и немного отдохнем перед едой. И с вполне величественным благородством она повела свою семью наверх. Через некоторое время мы спустились вниз и позавтракали в большой унылой комнате, уставленной пыльными пальмами в кадках и кривыми скульптурами. Обслуживал нас привратник с бакенбардами, который, переодевшись во фрак и целлулоидную манишку, скрипевшую, как целый взвод сверчков, превратился теперь в метрдотеля. Еда, однако, была обильная и вкусная, все ели с большим аппетитом. Когда принесли кофе, Ларри с блаженным вздохом откинулся на стуле. - Подходящая еда, - сказал он великодушно. - Что ты думаешь об этом месте, мама? - Еда здесь хорошая, милый, - уклончиво ответила мама. - А они обходительные ребята, - продолжал Ларри. - Сам хозяин переставил мою кровать поближе к окну. - Он был не таким уж обходительным, когда я попросил у него бумаги, - сказал Лесли. - Бумаги? - спросила мама. - Зачем тебе бумага? - Для туалета... ее там не оказалось, - объяснил Лесли. - Тс-с-с! Не за столом, - шепотом произнесла мама. - Ты просто плохо смотрел, - сказала Марго ясным, громким голосом. - У них там ее целый ящичек. - Марго, дорогая! - испуганно воскликнула мама. - Что такое? Ты не видела ящичка? Ларри хихикнул. - Из-за некоторых странностей городской канализации, - любезно объяснил он Марго, - этот ящичек предназначается для... э... Марго покраснела. - Ты хочешь сказать... хочешь сказать... что это было.. Боже мой! И, заливаясь слезами, она выскочила из столовой. - Да, очень негигиенично, - строго заметила мама. - Просто безобразно. По-моему, даже не важно, ошиблись вы или нет, все равно можно подхватить брюшной тиф. - Никто бы не ошибался, если б тут был настоящий порядок, - заявил Лесли. - Конечно, милый. Только я думаю, что нам не стоит заводить сейчас об этом спор. Лучше всего поскорее найти себе дом, пока с нами ничего не случилось. Вдобавок ко всем маминым тревогам "Швейцарский пансионат" был расположен на пути к местному кладбищу. Когда мы сидели на своем балкончике, по улице нескончаемой вереницей тянулись похоронные процессии. |
