— Я никогда не была фотогеничной! — Мелани пришла в ужас от безжалостных обвинений Слоуна. — Я выгляжу неуклюжей…

— Округлой. Это слово лучше подходит к твоим роскошным формам… — пробормотал Слоун и протянул ей еще один подсоленный крекер. — Ты бы выглядела как динамит на черных атласных простынях у Винни.

— Откуда ты узнал, где мы обедаем? — спросила девушка, послушно откусывая крекер и стараясь соединить в единое целое обрывки сценария.

— По наводке Итти. Он следил за тобой до самого «Джино», до того момента, как ты села за столик. Ему не понравилось, что его будущую приемную дочь могут снять на пленку. Он устроил мне форменную выволочку за то, что я позволил тебе — повторяю, позволил тебе — обедать с Винни наедине.

Слоун открыл ящик стола и вытащил оттуда черную пачку с восточным орнаментом, где лежало печенье. Стараясь остановить головокружение, Мелани прикрыла глаза.

Вдруг челюсть Слоуна задвигалась, и в ее больной голове раздался шуршащий звук.

— Что ты делаешь, Слоун? — церемонно спросила она, боясь пошевелиться, чтобы не вспугнуть затухающую боль в животе.

— Поедаю китайские гадальные печенья, — объяснил он, разворачивая пальцами крошечную обертку. — Когда я встречаюсь с крупной проблемой, всегда прибегаю к их помощи… А сейчас самая моя крупная проблема — это ты, М.С. Инганфорде.

— Да? И что говорит древнее снадобье? — спросила она.

Слоун слегка шевельнулся и поцеловал ее в лоб.

— Первое: «Бойся мягких, легких, прелестных созданий, которых ты вожделеешь. Они могут быть опасными для твоего здоровья». Второе: «Женщина, которую ты знаешь, сделает твою жизнь необычайно яркой. Отнесись к ней бережно». Сейчас мне совсем не хочется относиться к тебе бережно, Мелани Сью, — протянул он, крепче прижимая ее к себе. — Кажется, ты забыла, кому принадлежишь.

Щекой она почувствовала, как участилось сердцебиение Слоуна.

— Знаешь, Слоун…

— Тебе никто не говорил, что таким слизнякам, как Винни, место на свалке? — продолжал он, глубоко вздохнув, и снова положил на ее лоб мокрое полотенце.

— Слоун… — Мелани шмыгнула носом, стараясь не залиться горючими слезами. Она не хотела плакать, но подле его надежного тела вдруг почувствовала себя совсем маленькой; рядом с ним было так спокойно, тепло и уютно… — Знаешь, я ужасно испугалась… — Она никогда раньше ничего по настоящему не боялась. С тех самых пор, как ее любимого котенка незнакомый пес загнал на клен во дворе дома, где она жила с семьей.

Он резко выдохнул, его мускулы напряглись.

— Не плачь, Мелани. Прорвемся. Главное, тебе не надо выходить из офиса до пяти часов. Джорджетта попросит не беспокоить тебя, так как ты работаешь над специальным заказом. Она будет передавать мне твои телефонограммы. Пока ты принимала тут ванну, я объяснил, что ты себя неважно чувствуешь. Джорджетта достаточно непреклонная и опытная особа. Она может в любое время отшить Дэверо, как пушинку.

Мелани еле сдерживалась от подступающих к горлу всхлипов.

— Ты говоришь таким тоном, будто планируешь рискованную операцию… Пропади все пропадом…

Слоун откинулся на спинку кресла и стал тихонько ее баюкать, положив руку на ее колени.

— Успокойся, любимая. Даже М.С. Инганфорде, эта очень деловая женщина, может иногда совершить ошибку.

Пригревшись в его руках, Мелани просунула ладонь под его рубашку и принялась гладить теплую кожу на его стальной груди.