— Какая она была, Слоун?

— Ммм? — промурлыкал Слоун, снова устроил подбородок на ее макушке и с наслаждением вдо-хнул запах ее локонов. — Кто?

— Твоя жена. Мы с ней похожи?

Слоун подпрыгнул, чуть не сбросив ее с колен.

— Боже правый! Нисколько!

Она продолжала гладить его грудь, играя с сосками, ставшими приятно-упругими.

— Ты бы мог рассказать мне о ней… Ну, я хочу сказать, была ли она… привлекательна? Хм… была ли она хороша с тобой?..

— Сейчас я не в том настроении, М.С., — безразличным тоном заявил Слоун и поставил ее на ноги. Зажав ее между коленями, он обмотал холодное влажное полотенце вокруг ее головы и приложил к нему ее пальцы. — Держи.

Затем Слоун застегнул пуговицы на блузке Мелани и заправил ее в юбку. Покончив с этим, он сердито посмотрел на ее ноги. Мелани тоже взглянула на порванные чулки и всхлипнула, отчетливо вспомнив, как длинные ногти Винни поглаживали под столом ее коленки. Мелани поморгала, и огромная слеза скатилась по ее щеке и упала на смуглую руку Слоуна. Минуту он пристально смотрел на мокрое пятнышко, затем притянул к себе голову девушки. В его поцелуе было все: страсть, нежность, грубая сила — это был поцелуй любящего мужчины, переживающего трудные времена.

— Что скажут наши дети — все четверо? — спросила она, делая слабую попытку исправить положение.

Он нежно похлопал ее живот.

— Пятеро, если считать младшенького.

— Боже милостивый, Слоун. Пятеро детей и карьера? Это же надо быть супермамой.

— Не забывай, М.С., что у тебя есть я, — нежно прошептал Слоун, проводя пальцем по ее влажным ресницам. — А я наверняка сумею стать и верным другом, и бесподобным любовником, и незаменимым спутником жизни супермамы. Подумай об этом.

— Мы все время будем ссориться, — подковырнула она, пока он расстегивал резинки и стаскивал рваные чулки. — Мы совсем не подходим друг другу. Твои папки в полном беспорядке. Сегодня ты надел один зеленый носок и один красный… и вообще — где Даниэла?

— Итти взял ее к себе. Делайла горит желанием обучить ее и Итти игре на бильярде. — Справившись с чулками, Слоун нежно погладил ее бедро, поставил ее левую ступню к себе на колено и приказал: — Вставай.

Она обхватила его за плечи и стала с интересом наблюдать, как он открыл ящик стола и извлек оттуда целую коллекцию чулок. Не выпуская из рук ее колено, он внимательно изучил этикетки, выбрал нужную упаковку и открыл ее зубами.

— Слоун, ты не хочешь объяснить, каким образом в ящике твоего рабочего стола оказались женские чулки? — осторожно, тихим голосом спросила Мелани.

Он бросил пустую обертку в пепельницу и хмыкнул:

— Среди клиентов встречаются и женщины, а они предпочитают консультанта, который может предложить им в случае необходимости чулки. Это внушает им доверие, потому как спасает их от конфуза за поехавшие чулки. — В считанные минуты он надел на Мелани новые чулки, поставил ее на ноги и пригладил ей волосы расческой, которую вынул из ее косметички.

Пока Слоун наносил последние штрихи, Мелани стояла совершенно неподвижно. Как прирожденный визажист, он сосредоточился на выбившихся локонах у висков, затем полез к себе в карман за золотистой заколкой Даниэлы, собрал волосы в пучок и заколол их на затылке.

— Ты не раз делал это раньше, — констатировала Мелани.

— У меня же есть сестра. Пришлось научиться, чтобы выжить.