— Подумайте хорошенько, и сами все поймете. Дело закрыто, закрыто и еще раз закрыто. Улавливаете? Не думаете же вы, что Беннетт попросит Береговую Охрану выйти в море и заставить его вернуться к уже закрытому делу? И объяснить, откуда же на самом деле взялись четыре трупа? Уж сейчас-то ему меньше всего хочется самостоятельно или с чьей-либо помощью выяснять, что же произошло в океане на самом деле. Ему только и остается надеяться, что никто и никогда этого не узнает, а Сумасшедший Потопитель Судов не нанесет нового удара. В противном случае имя Беннетта смешают с грязью. — Я покачал головой. — Нет, нет. Вне зависимости от того, что ему удалось выяснить к настоящему времени, он не станет организовывать погоню и более того, приложит все силы, чтобы это не сделал кто-нибудь другой. Даже если для этого придется пожертвовать ничего не значащим оперативником из другого агентства и неприметной журналисткой. Ведь погоня может вас настичь. Представляете, в какую историю он тогда влипнет?

— Но вы-то работаете не на Беннетта? Я пожал плечами:

— Какое это имеет значение? Вы же знаете, что представляет собой ОФБ, у этих ребят всегда все козыри на руках. Работая с ними, либо подстраиваешься под них, либо выходишь из игры. Мой шеф не продержался бы на своем месте столько лет, если бы наживал себе таких врагов.

«Прошу прощения, сэр», добавил я мысленно. Серина Лорка нахмурившись смотрела на меня.

— Но вас-то не слишком беспокоит, что подумает этот Беннетт, правда?

— С чего вы взяли? — изумился я. Она к чему-то вела, к чему я пока не понимал и лишь надеялся, что веду себя именно так, как от меня ожидают. — Разумеется, однажды он выбрал меня в качестве жертвы, а теперь позволил похитить и наверняка даже пальцем не пошевелит, чтобы выручить. Только и всего. Да, братских чувств я к нему не испытываю.

На губах у нее появилась слабая улыбка. Я угадал правильный ответ, хотя до сих пор не понимал, почему. Оставалось надеяться, что впоследствии все выяснится. Если, конечно, проживу достаточно долго. Несколько секунд она пристально разглядывала меня, потом взяла лежащую на противоположном канапе большую красную сумку и принялась рыться внутри. Извлекла оттуда небольшую фотографию — сделанный «поляроидом» цветной снимок, осторожно вытащила ее из пластикового конверта и протянула мне.

— Вот в чем дело, — странным голосом проговорила она. — Знаете, кто это?

Я взял фотографию. Учитывая небольшой формат, это был отличный портретный снимок красивой молодой девушки со светлыми волосами, невероятно белыми и шелковистыми. К тому же достаточно длинными. У девушки были тонкие черты лица и большие голубые глаза. Мне показалось, что за этими голубыми глазами вряд ли скрывается слишком многое, но по одной фотографии делать подобные выводы представлялось опрометчивым.

Я припомнил имя, слышанное от Брента.

— Энн Бергерсон?

— Да, — подтвердила Серина Лорка. — Энн. Моя Энни. Она была такой молодой и красивой, сами видите, какой красивой она была, а они убили ее. Выбросили в холодный океан и утопили. Огромный корабль мчался в темноте, и никто не смотрел куда. Я выпустила сигнальную ракету, но те продолжали идти прямо на нас, а «Тамблвид» даже с работающим двигателем не мог двигаться против ветра достаточно быстро, чтобы избежать столкновения. Потом я осталась на разбитом, погружающемся в воду судне со сброшенной мачтой. Палуба была залита кровью Энни, а сама она исчезла. Я искала, искала — всю ночь и весь следующий день, но так и не нашла. Теперь вы понимаете, почему я охочусь за ними и убиваю их так же, как они убили ее? — Не дожидаясь моего ответа, она забрала у меня фотографию и обратилась к мужчине с пистолетом: — Отведи его к девчонке.