— Как мне промыть эту дрянь? Джулио ухмыльнулся.

— Сначала нужно включить электронный поедатель дерьма. Кнопка «измельчитель-хлоринатор» или «ИХ». Когда загорится зеленый свет, жми на кнопку слива, "С", и дело сделано. А когда эта штуковина не срабатывает, заливает всю палубу, или садятся батареи, вызываешь специалистов по охране окружающей среды, и они все приводят в порядок. Ха-ха. Только и всего.

— А зачем нужна кнопка с красным светом? — поинтересовался я.

— Чтобы сообщать, что у поедателя дерьма закончилась начинка и его нужно подзаправить. Для чего нажимается кнопка "Н" — наполнение, но тебе это не понадобится. Его заправили, прежде чем мы отчалили. Мистер Лорка любит, чтобы на его катере царил полный порядок. — Глаза мужчины сузились. — Хватит болтать. Делай свое дело и возвращайся.

Я набрал требуемую комбинацию, и управляющий компьютер исправно убрал смердящую массу, которой в соответствии с предписаниями правительства предстояло пройти очистку и стерилизацию, прежде, нежели быть выброшенной за борт. Потрясающе. У меня сразу улучшилось настроение при мысли, что данной части океана не угрожают наши отбросы, потому как никогда не знаешь, как много вреда может нанести рвота одной маленькой девушки. Остается только одеть подгузники на всех китов и дельфинов, и благородная задача будет завершена.

Я вымыл руки, прихватил с собой чистое полотенце и влажную салфетку и вернулся в каюту, где, преодолев слабое сопротивление, перевернул Элеонору на спину, после чего вытер ей лицо и почистил кофточку там, где она успела ее запачкать. В течение всей процедуры она беспомощно лежала с закрытыми глазами, и я вдруг поймал себя на том, что ее некрасивое бледное лицо вызывает у меня странные чувства. Я беспокоился, очень беспокоился о ней. И был ужасно рад оказаться вместе, пока ее не постигло ничего хуже морской болезни. Причем не пытался увязать свое отношение к ней с тем, что я испытывал к Марте Дивайн. Или, если уж на то пошло, с моими чувствами к покойной Хэрриет Робинсон. По-видимому, следовало обзавестись бурнусом, верблюдом, провозгласить себя шейхом и собирать гарем. Элеонора открыла глаза.

— Привет, — прошептала она.

— Дура, — отозвался я. — И чего ты собиралась добиться своим бегством? Как маленькая девочка, которая обиделась, потому что ребята не взяли ее играть в футбол. Дура.

— Как... как ты сюда попал?

— Сначала ты. Каким образом попала к ним в руки? Элеонора пожала плечами.

— В аэропорту мы сели в такси и попросили отвезти нас в больницу. Я не надеялась, что меня сразу пустят к Кэттлиману, но хотела хотя бы проверить, действительно ли он находится там. Мы проехали совсем немного, когда водитель резко затормозил. Настолько резко, что оба оказались на полу. Прежде чем мы успели встать, в окнах с обеих сторон появились пистолеты. Эта девушка была там. Кажется, она чуток помешанная. На переднее сидение уселся мужчина с пистолетом, она звала его Джулио. Мы проехали еще какое-то расстояние, позади послышался скрип тормозов. Машина остановилась, и к нам привели вашего Фреда. Ехал за нами, а они вытеснили его машину на обочину. Нас отвезли на этот катер и потребовали, чтобы Фред позвонил — на палубе имелся телефон — но Фред отказался сообщить номер.