– У тебя нет духовных сил, – догадался Сяоцинь, но сказал это так авторитетно, словно был не учеником аптекаря, а экспертом по духовным практикам.

– Чанцзянь сказал, что это должна быть твоя кровь, – медленно проговорил Чэнь Ло, обращаясь к мальчишке.

– Моя? – поразился Сяоцинь. – Так ведь и у меня духовных сил нет!

– Нужна золотая кровь. Так сказал Чанцзянь. Я не понимаю, что он имеет в виду, – признался Чэнь Ло.

Лицо мальчишки на мгновение окаменело, точно ему эти слова сказали больше, чем остальным.

– Золотая кровь – так о потомках императорской династии говорят, – пояснил Ято и с интересом поглядел на Сяоциня.

– Никакой я не потомок, – сердито уверил Сяоцинь. – И кровь у меня обычная, а не золотая.

Чэнь Ло, покусывая губу, размышлял. Быть может, Чанцзянь имел в виду, что для полного пробуждения ему понадобится кровь мужчины и женщины? Он не мог сказать вслух о том, что знает тайну Сяоциня, поэтому произнёс:

– Чтобы спастись, мы должны ему довериться. Он ведь нас никогда не подводил.

– А он вполне может быть дальним потомком какой-нибудь из забытых династий, – пробормотал Ято, поглядывая на Сяоциня. – Такой цвет глаз – большая редкость.

– Если это нас спасёт, – нахохлился Сяоцинь.

Чэнь Ло вынул Чанцзянь из ножен, провёл ладонью по мечу, сильно прижимая её к острому краю, поморщился, ощутив обжигающую боль. Цзяньцзи покраснело, будто раскалённое, и вновь стало чёрным. Чэнь Ло, хмурясь, прижал ладонь сильнее, чтобы углубить порез.

– Ты так до кости разрежешь! – всполошился Сяоцинь.

Чэнь Ло отвёл ладонь, поглядел на меч. Кровь быстро впиталась в метеоритное железо, ни капли не осталось, но меч по-прежнему оставался чёрным. Тогда он протянул меч Сяоциню.

– Моя очередь? – невольно поёжился мальчишка.

В прошлый раз он себе всего лишь палец порезал, и то было больно. А разрезать ладонь…

Но стягивающие кольцо скорпионы не оставляли ему выбора.

Сяоцинь зажмурился и полоснул ладонью по мечу, хлынула кровь – обычная, красная, не золотая. Цзяньцзи вспыхнуло, втягивая в себя кровь. На мече проступили тонкие алые трещинки, похожие на бесчисленные вены. Они пульсировали и впитывали в себя набегающую кровь, становясь шире.

– Он будто живой, – поразился Ято.

– Ему хватит, – сказал Чэнь Ло, забирая меч у Сяоциня.

Сяоцинь зажал порезанную ладонь, прошипел вполголоса какое-то ругательство. Кровь продолжала литься из раны, тёмными пятнами испещрила песок возле его ног. Аптекарский короб остался на стоянке, нечем было остановить кровотечение. С Чэнь Ло было так же. Ято разорвал свой шарф и неумело перевязал им руки, но кровь всё равно пропитывалась.

– Вы так кровью истечёте, – обеспокоился наёмник. – Обязательно было резать так глубоко?

«Теперь отпусти меня».

Чэнь Ло недоумённо разжал пальцы, ожидая, что меч упадёт на песок, но Чанцзянь взмыл в воздух и завис вертикально в чжане от земли. Алые разломы на чёрном железе всё ширились, из них стали пробиваться тонкие струйки красноватого дыма. Меч медленно повернулся вокруг своей оси, красноватый дым тянулся за ним, превращаясь в расплывчатую воронку. Вращение ускорилось, песок взвился в воздух, закрутился вместе с дымом, образуя небольшой смерч, какие случаются в пустыне или на реках в непогоду.

А потом смерч рассыпался, будто взорвался изнутри, песок полетел во все стороны. Чэнь Ло заслонил глаза рукой, а когда отвёл её, то увидел, что остатки красноватого дыма осыпаются вниз вместе с песком, а вместо меча в центре рассыпающегося смерча стоит высокая чёрная фигура со смазанными темнотой ночи чертами лица.

Чанцзянь пробудился.