– Может, тайник ещё и мертвецами охраняется? – мрачно пошутил Чэнь Ло. Он слышал о заговорённых кладах, которые охраняли призраки.

– Скажешь тоже, – рассмеялся Сяоцинь. – Какие из мертвецов охранники? Обычные люди… Ой! – тут же вскрикнул он, потому что Чэнь Ло не сдержался и отвесил ему хороший такой подзатыльник.

– Вот так и знал, что не без подвоха! – ругнулся Чэнь Ло. – Там ещё и охрана?

– Ну, у тебя же теперь есть меч, – приподнял и опустил плечи мальчишка.

– То есть, – вопросил Чэнь Ло, разминая пальцы для очередного подзатыльника, – это чужой тайник, и ты хочешь его ограбить, правильно я понимаю?

– Без этого тебя не спасти, – просто сказал Сяоцинь, ловко отводя руку Чэнь Ло. – Просить ведь бесполезно, всё равно не отдадут, остаётся только украсть.

– Я не хочу никого убивать, – отрезал Чэнь Ло.

– Тебе и не придётся, – удивлённо возразил Сяоцинь. – У меня есть сонный порошок, одной щепотки, брошенной в огонь, хватит, чтобы усыпить человека на пару часов. Я ученик аптекаря, а аптекари не убивают людей, они их лечат. Вот мы их и вылечим. От сокровищ.

Чэнь Ло не удержался от смеха. Сяоцинь, быть может, того и добивался – отвлечь его от мрачных мыслей. Ему действительно полегчало: дышать стало легче, теснота в груди прошла.

– Ладно, – махнул он рукой, – поверю тебе на слово.

– Я тебя никогда не обману, – очень серьёзно сказал Сяоцинь.

Чэнь Ло удивлённо выгнул бровь. Отчего это прозвучало, словно клятва?

49

 Разбитое и потерянное – утраченное ли?

На полпути к заставе Бэйхань, следующему перевалочному пункту на карте, им встретился караван торговцев – две дюжины человек разного возраста и статуса, несколько повозок с запряжёнными в них волами и стреноженные лошади остановились в поле, чтобы разделить нехитрую трапезу и дать отдых усталым ногам.

Увидев путников, караванщики зазвали их к себе. Сяоцинь предпочёл бы не откликаться вовсе и пройти мимо, но Чэнь Ло сказал, что притворяться глухими невежливо, и подтолкнул мальчишку к стойбищу.

Караванщики, узнав, что один из их новых знакомых – аптекарь, обступили Сяоциня и засыпали его вопросами и просьбами продать какие-то нужные им травы и коренья. В караване была больная женщина, и Сяоцинь согласился её осмотреть, потому что караванщики пообещали ему хорошо заплатить.

Чэнь Ло остался предоставлен самому себе и решил воспользоваться случаем, чтобы поглядеть на лошадей.

– Хорошие лошадки, – одобрил он.

Один из караванщиков предложил ему купить приглянувшуюся, но Чэнь Ло покачал головой. В цене они сошлись бы, но Сяоцинь боялся лошадей.

Он уже собирался пойти искать Сяоциня, как заметил живописного вида старуху, восседающую на повозке с таким видом, точно это был золотой трон. Её седые волосы были обвязаны вокруг головы и украшены потускневшими медными кружками. Старуха курила длинную тонкую трубку, выпуская одно за другим дымовые колечки и разглядывая их вприщур.

Заметив чужой взгляд, старуха бросила курить и уставилась на Чэнь Ло. Тот ощутил дрожь в позвоночнике, такой цепкий взгляд был у старухи.

– Подойди, – велела старуха каркающим голосом.

Ноги сами понесли Чэнь Ло к повозке.

– У тебя душа не на месте, – объявила старуха. – Дай руку, я тебе погадаю.

«Я бы на твоём месте не стал.