Асиана бросила быстрый взгляд на входную дверь, оценивая возможные пути отступления. На стене рядом с дверью висело зеркало, окутанное студенистым мороком. Чуть вогнутое, неизмеримой глубины, собранное из тысячи мелких деталей, отшлифованных до тошнотворного блеска, оно целилось ей в сердце бледным лучом отраженного света. Это волшебное стекло умело не только подслушивать и подсматривать.

— У сестер Великой матери не так много времени на размышление как у королевских мудрецов, светлый господин. Между дипломатическими миссиями и сражениями его почти не остается. И каждую передышку мы воспринимаем как награду.

— Мне это известно, Асиана-Ал-Мерита. Мы ценим ваши наблюдения и выводы, касающиеся Темных территорий.

— Недавно я позволила себе примерить тяжкое бремя членов твоего клана и поразмышлять о судьбе Королевства, мудрейший Мейн-Эр-Сент. Ты наверное знаешь, что решение Коллегии королевских кланов было вынесено не в мою пользу.

На лице собеседника не дрогнул ни один мускул.

— Я добровольно уединилась в собственной келье и потеряла счет дням, — продолжала Асиана. — Не скрою, я была потрясена мудростью и великодушием Великой матери, оставившей меня в клановом замке. И я сказала себе: «Не могут почтенные патриархи или их полномочные представители так жестоко ошибиться. Наверное, и в самом деле те силы, что я готова была растратить на восхождение по иерархической лестнице, следует употребить во благо королевства». Это были тяжкие размышления, мудрец.

За все время, что Мерсен курировал королевские кланы, он не мог припомнить, чтобы кто-то из сестер Великой Матери врал ему в лицо так откровенно и нагло. Пока Асиана говорила, по комнате металось невнятное эхо. Не заклинание, не характерная вибрация перегретого магией воздуха, а какие-то вкрадчивые предвестники звука и волшебства наполняли комнату. Мгновением позже, чем следовало, королевский мудрец понял, куда был направлен удар. Охранное зеркало покрылось сетью разноцветных трещин. У него, откуда ни возьмись, появилась золоченая рама, по ощущениям тяжелая как кладбищенская ограда.

За спиной Асианы потускнело нарисованное Древо Познания и брызнули черным бисером контуры узкой калитки, открывающей ей путь сквозь границы туманов. А сама черная невеста и не вздрогнула. Речь ее звучала как музыка, глаза были покорно опущены, руки изящно сложены, как того требовал этикет.

— Достаточно ли у тебя терпения, мудрец, чтобы выслушать меня? Или твой светлый разум не приемлет моей наивности и изнывает от пошлых девичьих стенаний?

Холода в бледных глазах Мерсена прибавилось до полного обледенения.

— У тебя мастерски отточенная церемониальная речь и выдающиеся магические способности, Асиана-Ал-Мерита. Я готов слушать тебя бесконечно.

Асиана подняла на собеседника глаза, исполненные беспокойства за судьбу населения осколков, всех жителей отрицательной параллели и лично короля Аканора.

— Значит ли это, что я могу перейти к сути вопроса, светлый господин Мейн-Эр-Сент?

— Разумеется, сестра. Что тебя сюда привело?

— Беспокойство за трон и корону нашего монарха, да будут благословенны его владения и подданные.

— Его величеству что-то угрожает? Или кто-то?

— Да, мудрейший. Новый правитель Окраинного княжества вовсе не так слаб и наивен, как кажется на первый взгляд. Он вынашивает ужасные планы — вернуть нежити былое величие!

— Это не новость для нас обоих, сестра. Окраинное княжество — та клоака, куда рано или поздно попадают все кровожадные фанатики Темных территорий. И это нас всех устраивает, поскольку оттуда им уже не выбраться. Разве что на осколки, и то до первой встречи с королевскими стражниками.

Асиана многозначительно кивнула, скрыв досаду.