– Я тут живу, – гордо сказал Костик, тыкая в облупленный трехэтажный дом, который когда-то был не то желтым, не то оранжевым. – А они не знают. Я от них уже несколько раз так сбегал.

– Вас всех теперь побьют, да? – вдруг понял Паша. – Они разозлились.

Костик беззаботно махнул рукой:

– Их все боялись, даже взрослые. И не говорили им ничего. А теперь… Было так круто! Ну побьют, конечно, – рассудительно прибавил он. – Зато наши футболисты сказали, что меня теперь возьмут в команду. А можно спросить? Как ты собирался перевернуть над собой ведро и не облиться?

– Я бы его раскручивал над головой, держа за ручку, и от вращения вода прижималась бы к стенкам ведра. Центробежная сила. Первый закон Ньютона.

– Обалденно! – выдохнул Костик.

Его лицо так сияло, что Паша открыл рюкзак и вытащил оттуда «Занимательную физику».

– Держи, – Паша неловко сунул ему книгу. – Кроме этих фокусов там полно других. Покажешь их – там же, в парке. И знаешь что? Россошанский юношеский клуб развития науки теперь есть: считай, что ты его основал. Остальных подтянешь.

Костик взял книгу так, будто это слиток чистого золота.

– Я группу сделаю «ВКонтакте» и тебя добавлю. Как эксперта. Тебя как зовут?

– Павел Орлов. Из Москвы.

– Из Москвы?! – не поверил Костик. – А что вы тут делаете?

Паше отвечать не хотелось, но тут встрял Илья:

– Его папаша сбежал в Сочи, а этот умник думает, что спасет его и привезет домой. А я так, за компанию.

– Вы что, пешком туда идете?

– Когда как, – мрачно сказал Илья. – С транспортом у нас так себе.

Костик серьезно кивнул.

– Погодите, я сейчас. Никуда не уходите, ладно?

И он умчался. Илья сел на качели, выгреб из карманов деньги и начал считать.

– Сто семьдесят три рубля, – пробормотал он. – Никогда не думал, что наукой можно зарабатывать.

Паше было что на это ответить, но ржавая дверь ближайшего подъезда распахнулась, и оттуда выскочил Костик. Он тащил за собой старый велосипед, кое-где ржавый, кое-где все еще розовый, обклеенный выцветшими наклейками с куклами Барби, цветами и котятами. Под мышкой он по-прежнему держал книгу, словно боялся, что, если положит ее куда-нибудь, она испарится.

– Это велик моей мамы. У нас в кладовке столько разного набито, что всех вещей никто не помнит. Берите, он никому не нужен. Вам удобнее будет в Сочи пробираться. На нем уже сто лет никто не ездил.

И было ясно почему. Паша и представить не мог, как выехать на улицу на таком монстре. Но, пока он думал, как повежливее отказаться от подарка, а Илья задумчиво ковырял наклейки со всевозможными видами Барби, Костик весело помахал им и умчался домой. По лестнице дробно простучали шаги, потом все стихло.

Они остались посреди двора, стояли и глядели на подарок. Паша думал о том, что, если бы другие велосипеды увидели этот, они стали бы его почитать как древнейшего из своих предков. Илья взгромоздился на велосипед и проехал пару метров – тот душераздирающе заскрипел.

– Не, нормально, я и не на таких ездил, – уверенным голосом сказал Илья. – Давай так: я поеду, а ты за мной побежишь. Ладно, пошутил! Садись на багажник, хватайся за что-нибудь, только не за меня – ты ж не девчонка. И ноги убери куда-нибудь, чтобы мне не мешать.

Возражать Паша не стал.