– Проходы? – деловито осведомился Тама.

    – Я бы посоветовал вон там, на востоке, – неуверенно сказал профессор. – Там всего триста пятьдесят девять метров...

    – Там еще и водопад. – Теперь зонд использовал телеобъектив, снимая стоящую на пути экспедиции стену со стократным увеличением, кусок за куском.

    – Можно и там, но если я правильно понял Сима...

    – Ты правильно понял, – в голосе кота энтузиазма было еще меньше, чем у Майка, – мой объект на западе. А как еще могло быть? Если самый удобный подъем на востоке?

    – В других местах по семьсот метров. У нас просто нет нитаких тросов, ни лебедок...

    – Это гряда или плоскогорье? – спросила Анна-Мария. – Поднимите зонд повыше!

    Профессор ввел команду, и зонд круто полез вверх. Слой тумана внизу слился в сплошной белый фон, и Пьер не удержался от ехидного замечания насчет китайской оптики.

    – Американская лучше в разы, – возразил ему Майк, – и дороже в десятки раз. Невыгодно. Русская вся идет военным и разведке.

    – А нам страдать! – обиделся Пьер. Все засмеялись.

    – Высота семьсот метров. Начато сканирование плоскогорья. – Компьютер показал нечеткую картинку, очень напоминающую заставку какой-то компьютерной игры. – Переход на длиннофокусную...

    Экраны погасли. Сразу, без предупреждения.

    – Барахло! – обиженно произнес Пьер. – У него хоть есть программа автоматического...

    Он не договорил. С высоты донесся глухой удар, который ни с чем нельзя было перепутать. С палубы послышались испуганные возгласы пассажиров. Программа автоматического возвращения на базу в случае неисправности на зонде отсутствовала, но, похоже, это было не важно.

    «Сбили, – подумал профессор. – Они сбили мой зонд!» Он не совсем ясно представлял, кто это «они», но сам факт не вызывал ни малейших сомнений.

    – Что показывала лаборатория? – поинтересовался капитан.

    – Ничего в радиодиапазоне, никаких помех, никакого теплового следа... Кроме следа от падения зонда. Ничего в акустическом диапазоне... – сказал профессор. – Что, впрочем, и неудивительно. Атаку с какого-нибудь «Тра» или «Снежинки» лаборатория бы тоже не увидела.

    – А я говорю – раз плюнуть. – Пьер независимо засунул правую руку в карман и плюнул за борт, чтобы проиллюстрировать свою мысль. Левая рука в карман не лезла, она все еще была забинтована.

    – Но ты же не специалист, – осторожно возразила Ака. Пьер возмутился:

    – Я по телепатии – лучший специалист. Не надо! Кто еще может то, что могу я?

    – Но ты этого никогда не делал...

    – Я слушал, как делают другие. И теорию я знаю. Ака, ну ты как маленькая! Я тебя не подведу. Честно.

    Ака перегнулась через борт и уставилась в неподвижную воду. Пьер, безусловно, говорил правду. Он был лучшим телепатом на Земле, и если уж проходить инициирование, то под его руководством.