Портнихи замерли. Они походили на испуганных ланей перед голодным волком. Он встал с кресла и направился к жене.

Она подняла голову.

— Здесь мне больше нравится. Впервые не нужно вытягивать шею, чтобы посмотреть на тебя.

Рейн поцеловал ей ладонь.

— С этого времени я начну сутулиться, любовь моя.

Девушки мечтательно вздохнули.

— Ни за что!

— Как скажешь, дорогая. Нарядов достаточно?

— По-моему, да. — Вокруг были разложены четыре готовых, дюжина раскроенных, нижнее белье и туфли к каждому наряду. — В году не хватит дней, чтобы их надеть.

Рейн снял жену с возвышения и обнял.

— У нас впереди века, любимая.

Он нежно поцеловал ее, а Микаэла погладила его по заживающей щеке, скользнула языком по губам, и в этом движении было обещание. Девушки, собиравшие ткани и ленты, захихикав, оставили их одних.

— Теперь переоденься, и едем обедать. Я проголодался. — Рейн велел отвезти пакеты домой и стал нетерпеливо расхаживать по мастерской. Наконец Микаэла появилась. — Черт, я уже хотел искать тебя. — Он махнул в сторону примерочной.

— Это была твоя идея, Рейн, чтобы я все утро провела зашпиленной булавками.

— Лучше бы ты сняла и то, что на тебе сейчас, — прошептал он ей на ухо. — Немедленно.

— Тогда давай этим и займемся. — Микаэла схватила его за руку и вытащила из мастерской. — Идем, пока хозяйка не уговорила тебя купить весь дом, вместо того чтобы приходить сюда за покупками.

В карете он сразу обнял ее и нежно поцеловал. Целую милю или две Рейн просто обнимал жену, не обращая внимания на любопытные взгляды.

— Мне стыдно, что мы отделались от Кассандры таким образом. — Микаэла зевнула.

— Капитан Макбейн согласился ее сопровождать.

— Воображаю, что из этого выйдет! Она его ненавидит. Микаэла прислонилась к мужу и заснула. Рейн вынес ее из кареты на руках и, войдя в дом, направился прямо в спальню. Она принялась убеждать его, что прекрасно себя чувствует, но он раздел ее и уложил в кровать. Она тут же опять уснула. Нахмурившись, Рейн пощупал ей лоб, измерил пульс и решил, что это просто волнение.

Несколько часов спустя Микаэла вскочила и бросилась к ночному горшку. Ее вырвало. Она уже догадалась о причине своего недомогания, когда обнаружила, что грудь ее стала необыкновенно чувствительной. Она жила рядом с Агнесс во время ее последней беременности, поэтому была достаточно информирована. Умывшись и прополоскав рот, она позвала Кабаи, чтобы тот помог ей одеться. Предстоит особенный вечер, она здорово позабавится, мучая Рейна, а потом сообщит, что его желание исполнилось.

В фойе Королевского театра внезапно наступила тишина, все головы повернулись в одну сторону.

— О Боже, — прошептала Микаэла. — Довольно необычное ощущение.

— Только не для меня.

— Наверное, тяжело, когда все шепчутся и показывают на тебя пальцем?

— Дело привычки, — пожал плечами Рейн.

— Ну, я-то глазела на тебя потому, что ты чертовски красив. — Он покраснел, и она засмеялась. — А ты смотрел на меня с выражением: «Хорошо бы она выглядела не такой неприступной».