|
—И на другого и на третьего рыбника, пожалуй, таких векселей немало у Онисима Самойлыча,— продолжал Веденеев — А его векселей ни у кого нет. Оттого у него и сила, оттого по рыбной части он и воротит, как в голову ему забредет. — Нельзя же без векселей,— нахмурясь, промолвил Марко Данилыч.— На векселях вся коммерция зиждется... Как без векселей?.. В чужих краях, сказывают, у немцев, аль у других там каких народов, вся торговля, слышь, на векселях идет. — Это так,— согласился Веденеев,— зато там по векселям—то совсем другие—порядки, чем у нас... У нас бы только скупить побольше чьих—нибудь векселей да прижать голубчика, чтоб пикнуть не смел. А по банкам так любят у нас бронзовыми орудовать. — Какими это бронзовыми? — спросил у Веденеева Петр Степаныч, удаленный дядей от торговых дел и потому не имевший никакого понятия о кредите. — А вот, к примеру сказать, уговорились бы мы с вами тысяч по двадцати даром получить,— стал говорить Веденеев.— У меня наличных полтины нет, а товару всего на какую—нибудь тысячу, у вас то же. Вот и пишем мы друг на дружку векселя, каждый тысяч по двадцати, а не то и больше. И ежели в банках по знакомству с директорами имеем мы доверие, так вы под мой вексель деньги получаете, а я под ваш. Вот у нас с вами гроша не было, а вдруг стало по двадцати тысяч. — Да ведь это, по—моему, просто надувательство,— молвил удивленный Самоквасов.— На что же это похоже?.. Как же это так?.. Вдруг у меня нет ни копейки — и я двадцать тысяч ни за что, ни про что получаю?.. Да это ни с чем не сообразно... Ну, а как сроки выйдут? — Заплатите,— сказал Веденеев. — А ежели нечем? — Несостоятельным объявитесь,— с усмешкой молвил Дмитрий Петрович.— Только на этот конец надобно не на двадцать тысяч, а сколь можно побольше и в банках и у купцов окредитоваться. Потом все как по маслу пойдет — администрация там али конкурс... Хорошее—то платьице припрячьте тогда подальше, дерюжку наденьте, ходите пешечком, на нищету встречному и поперечному жалуйтесь, иной раз на многолюдстве не мешает и Христа ради на пропитание у кого—нибудь попросить... Конечно, ваш дом, движимость, которая на виду осталась, продадут, банки да кредиторы по скольку—нибудь копеек за рубль получат... А как только кончилось ваше дело, припрятанный—то капитал при вас, а долгу ни копейки. Опять пускайтесь тогда в коммерцию и опять лет через пяток бронзовых векселей побольше надавайте... Разика три обанкрутитесь, непременно будете в миллионе. Только плечами пожал Петр Степаныч, а Марко Данилыч, сильно нахмурившись, молвил: — На то кредит... Без кредиту шагу нельзя ступить, на нем вся коммерция зиждется... Деньги что? Деньги что вода в плесу,— один год мелко, а в другой дна не достанешь, омут. Как вода с места на место переливается, так и деньги — на то коммерция! Конечно, тут самое главное дело: "не зевай"... Умей, значит, работать, умей и концы хоронить. — Пословица—то, Марко Данилыч, кажется, не так говорится,— прищурив один глаз, заметил Веденеев. — Как же, по—вашему? — спросил Смолокуров. |
