Кэтрин уже различала впереди силуэт своего дома.

Родители постарались на славу, украсив его к Рождеству и приезду дочери. Во дворе стояли ледяные скульптуры, окна и двери были увешаны светящимися гирляндами, на двери – рождественский венок из омелы.

Кэтрин позвонила в дверь. Раздались шаги Артура, их дворецкого. Дверь приветливо распахнулась.

– Смити! – Кэтрин радостно обняла его.

– Мисс Кингсли! – удивился дворецкий. – Мы ждали вас только завтра утром!

– Я решила устроить сюрприз!

На радостные голоса в холл выбежали Софи и Томас, кинувшиеся обнимать дочку.

Мама охала, сетуя на то, что она их не предупредила. Папа радостно хлопал ее по спине.

Радостная суета продолжалась долго. Роше порадовал их необычайно вкусным ужином. Кэтрин уже и забыла, как вкусно готовит их домашний повар. Софи успела рассказать Кэт сотню местных новостей, осторожно коснувшись даже недавней свадьбы Джессики и Кристиана, но заметив, что эта тема не причиняет Кэт неудобств, во всю принялась ругать прошедшее торжество.

– Я сама там не была, – тараторила мать, помешивая кофе ложечкой. – Но миссис Делакур, может, помнишь ее, мы встречались как–то раз на приеме у мэра. Так вот, она говорила, что угощение было ужасным, как будто они решили сэкономить на закусках. Морить гостей голодом – это же просто немыслимо! А свадебный торт они не стали разрезать!

Кэтрин слушать мать, блаженно закрыв глаза и тихонько раскачиваясь в кресле у камина. Огонь потрескивал так убаюкивающе приятно, что она то и дело теряла нить разговора.

– Надеюсь, ты не против приема, который мы решили устроить завтра? Это в твою честь, детка, но если ты против, мы все отменим. Правда, это будет проблематично, мы пригласили около ста человек. Оказалось, много желающих поближе познакомиться с тобой. Подумать только, моя дочь – известная актриса! Я, надеюсь, тебе не пришлось делать ничего такого, чтобы получить подобную известность? Я верю, ты бы не пошла на это! Бог мой! – Софи, наконец, заметила, что дочь клюет носом. – Ты же совсем выбилась из сил, тебе нужно отдохнуть. Идем, я не трогала твою комнату.

– Спокойной ночи, пап. – Кэтрин обняла отца, мирно попыхивавшего трубкой, и пошла за матерью наверх.

В комнате ее, и правда, ничего не изменилось. Сохранилась даже прилепленная ею в день отъезда на монитор записка. И как она не отвалилась за столько лет?

Розовые девчачьи тона, в которых была оформлена комната Кэт, больше не отвечали ее вкусам, но все же это было трогательное воспоминание детства, и Кэтрин не собиралась здесь ничего менять.

– Неужели я и правда жила тут? – голос у девушки дрогнул.

Она провела рукой по шелковистому балдахину над кроватью.

– Да, детка. Именно тут ты и жила… – Софи поцеловала ее в макушку и вышла.

Кэтрин потянулась и расслабленно плюхнулась на мягкую кровать. Ей давно уже не было так хорошо, как сейчас, но отдыхать не было времени. Рождество уже завтра, и ей непременно сегодня нужно разобрать чемодан.

Кэтрин повалялась на кровати еще какое–то время, а потом начала разбирать вещи, чемодан уже был поднят Артуром наверх.