Он спрыгнул с последних ступенек, его ботинки утонули в снегу до самых голеней.

Ноа протянул руки, готовый подхватить ее, если она упадет, но Квинн справилась сама, легко спустившись вниз.

Ноа направился по лучу фонарика, пошатываясь, вверх по склону через снег, Квинн держалась позади него, держась за его куртку.

Когда он оказался прямо под кресельным подъемником, он крикнул Майло, чтобы тот бросил фонарик, что тот и сделал. Ноа поднял его и поспешил к упавшему Броку. Тот практически весь оказался засыпан свежим снегом. Он не двигался.

Ноа опустился на колени в снег и смахнул хлопья с лица Брока.

– Брок!

Тот не ответил.

Ноа сорвал свои перчатки. Прижал пальцы к шее Брока и поискал пульс. Ничего.

Его кожа стала ледяной. Он перестал дышать. Его открытые, пустые глаза покрылись коркой льда и снега.

Ноа содрогнулся. Парень был мертв.

Позади него Куинн пробормотал проклятие.

– К черту все это. Нам нужно выбираться отсюда.

Ноа поднялся на ноги и едва смог натянуть перчатки на свои окоченевшие пальцы.

– Не может быть, чтобы Майло смог сделать то, что сделали мы. Или Фиби. Мы должны спустить их сами. Каким то образом.

Квинн повернулась к нему. В темноте он не мог разглядеть ее лица. Она дрожала, зубы стучали, но Квинн не паниковала и не билась в истерике.

– У меня есть идея.

– Что?

– Мы используем это. – Она указала на линию деревьев, которую Ноа едва мог разглядеть в снежной буре.

Он направил фонарик в ту сторону. Луч выделил сквозь снег красное мерцание. Красное ограждение, разделяющее деревья и трассу.

– Забор мягкий и гибкий, – объяснила Квинн. – Это что то вроде полотна. Мы можем использовать его как импровизированный батут, чтобы поймать их.

Она действительно права. Толстая сетка может сработать.

Бок о бок они продвигались к деревьям. Через десять минут Ноа с помощью перочинного ножа на связке ключей отрезал десятифутовую секцию гибкого ограждения, которое с каждого конца крепилось к тонкому металлическому столбу.

Квинн взялась за одну сторону, а Ноа – за другую. Держа фонарик между зубами, Ноа установил импровизированный батут под кресельным подъемником Майло. Он посмотрел на раскачивающееся кресло, расположенное так высоко над ними.

– Мы поймаем тебя, – крикнул он ветру. – Я поймаю тебя, сынок. Не бойся.

Его снедало беспокойство. Что, если Майло слишком напуган, чтобы прыгнуть? Что тогда будет делать Ноа? Ему было невыносимо думать об этом.

– Я не боюсь, папа, – крикнул Майло.

Майло, его храбрый маленький сын, не колебался. Он прыгнул.

Глава 10

Ноа

День первый

Майло оттолкнулся от кресельного подъемника и прыгнул, размахивая руками и ногами. С замиранием сердца Ноа смотрел, как он падает, и падает, и падает.

Его маленькое тело ударилось о центр ограждения. Вес сына едва ощущался. Материал ограждения не такой эластичный, как батут, но он достаточно хорошо поглощал удар от падения.

Ноа бросил свой конец ограждения и подбежал к сыну. Опустившись на колени, он обнял его. Сердце Ноа чуть не разорвалось. Он не знал, что сделал, чтобы заслужить такое полное доверие, но сейчас испытывал бесконечную благодарность за это.

– Все хорошо? – спросил он. – Ты в порядке?

– Я в порядке, папа, – пробормотал Майло, прижимаясь к его груди. Но ему все равно холодно, так холодно. Конечно, он не мог быть в порядке. Ноа должен вытащить его из этой бури. Он должен вывести их всех отсюда.

– Оставайся здесь. Мы пойдем через минуту. Как только спустим Фиби. – Он отвернул Майло от тела Брока. – Не смотри туда. Вот, помоги нам с фонариком.