Он никогда не хотел причинять людям вреда, но стоило ему услышать, что Рин постоянно подвергается издевательствам, и вот он уже готов сжечь всех, кто смеет обижать ее.

Он всегда соглашался со всем, чего хотела Амира. Но рядом с Рин постоянно вредничает, зачастую противится, зная, насколько она безрассудна.

Он никогда не позволял Амире увидеть своих слез и неуверенности. При ней Джек всегда держал лицо и стоял с гордо поднятой головой. Но рядом с Рин он не может скрывать настоящих эмоций. Ему хочется прижаться к ней и почувствовать тепло, какое-то успокоение.

Если он любит Амиру, то почему к Рин относится по-другому? И что он действительно чувствует к ней?

Он перестал что-либо понимать, потому вздохнул.

– Туес, почему ты стал таким размазней? Ты должен быть мужчиной…

Ему нужно взять себя в руки. Нельзя, чтобы Рин видела его таким сентиментальным слабаком, который плачет при любом удобном случае.

Хотя в последнее время они все стали такими. Когда раскрылась большая часть событий прошлого, история Спасителей глубоко засела в сердцах всех странников, из-за чего и родилась меланхолия.

Возможно, в будущем все образуется? А может…

Джек резко вспомнил лицо, что видел только в кошмарах все эти годы. Такое похожее на его собственное, но менее человеческое.

Тот, кто оторвал Рин руку. Тот, кто четыреста лет назад…

Он со всей силы стукнулся головой о дверь, пытаясь отогнать нахлынувшие воспоминания.

Он не станет стоять, как тогда. В этот раз он защитит их всех, какой бы ни была цена.

Неожиданно Джек услышал за поворотом шаги, а затем голос девушки, о которой думал:

– Ты чего головой бьешься?

Он обернулся и увидел Рин и Фердинанда. Правда, особого внимания на второго не обратил, сразу заметив, что девушка стояла в одной ночнушке, с наброшенной в спешке на плечи накидкой.

– Ты почему так легко одета? В нашей комнате, может, и тепло, но здесь нет. Заболеешь еще.

На словах «нашей комнате» Император чуть не засмеялся, а девушка нахмурилась.

– Я закалена достаточно, чтобы находиться даже на самом сильном морозе на севере. Думаешь, такая ерунда может послужить причиной простуды?

Джек тут же пришел в себя. Ну конечно, это же Рин – крепкий солдат, а не Амира, которая была слаба, оттого часто простужалась.

Он неловко почесал затылок.

– Видимо, меня долго не было, раз вы пошли за мной.

– Именно, – начал злорадствовать Фердинанд. – Мы с принцессой уже столько всего обсудили, пока тебя ждали. Она даже поделилась со мной одной интересной историей из детства, когда какой-то добрый незнакомец спас ей жизнь в лесу.

Услышав это, вампир поменялся в лице и ошарашенно посмотрел на девушку. Та в то же время хмуро взглянула на Императора.

– Ваше величество, вы…

– Ой, вы что, до сих пор делаете вид, что не узнали друг друга? – саркастично спросил тот. – Какие же вы оба недотепы, ха-ха!

Оба его собеседника почувствовали смущение и постарались не смотреть друг на друга.

Тогда Фердинанд, поняв, что слегка перегнул палку, усмехнулся.

– Ладно, о чем это мы? Мне расхотелось пить дальше, поэтому давайте лучше прогуляемся. Хочу кое-что отдать тебе, Джек.

Вампир удивленно поднял бровь.

– Как необычно, что ты даешь мне что-то, не прося ничего взамен.

– Просто идите за мной, – в ответ хитро улыбнулся лиастар и повел их куда-то дальше.

Они пришли в другую часть административного корпуса, свернув за угол и оставив дворик позади, и приблизились к небольшой двери, которая, судя по виду, давно не открывалась.