Нет, не так! Он еще больше любил ее за это. Луна проявила свою цельность и свой характер самым выразительным образом. Он, Зейн, никогда бы не смог так поступить.

Дракониха все еще медлила. Зейн и не знал, что вид человеческого воплощения Смерти способен так потрясти животных. Ведь Дракониха не должна была бояться его. Знает ли она, кто он такой?

Луна бросилась к чудищу, размахивая ножом. На этот раз Дракониха отреагировала как должно. Она набрала воздуха, качнула головой и выпустила струю синего пламени, ударившего на добрых три метра, причем огонь почти не сопровождался дымом. Возможно, Дракониха медлила не потому, что была встревожена, а просто набирала жар.

Луна увернулась от огненной струи. Теперь огнедышащие железы драконихи заработали на полную мощность, но струя пламени получилась узкой, и от нее было не слишком сложно увернуться – особенно для того, кто следил за головой чудовища. Луна пробежала под боком у драконихи, вспрыгнула на рыло рептилии, из которого еще шел дымок, и вскарабкалась ей на спину.

Испуганная Дракониха резко мотнула головой. Змеевидная шея была гибкой, и драконихе не составляло труда дотянуться до собственной спины.

Тогда Луна схватила яйцо и прижала его к себе, словно футбольный мяч.

– Теперь давай, жги меня! – крикнула она.

Конечно же, дракониха не посмела это сделать, ведь тогда она зажарила бы своего драгоценного отпрыска. На мгновение самка застыла в нерешительности. Рептилии хватало ума, чтобы понять наличие проблемы, но не хватало ума, чтобы найти решение. Тем временем Луна воспользовалась полученным преимуществом.

Девушка соскользнула со спины драконихи, держа яйцо под мышкой. Рептилия по‑прежнему не могла на нее напасть – яйцо оказалось в роли заложника.

Драконопоклонники увидели, что делает Луна.

– Оставь яйцо! – закричал мужчина, исполнявший должность распорядителя.

– Оно бесценно! Драконы очень редко размножаются…

Луна, пятясь, отступала от драконихи, держа яйцо перед собой, как щит. Дракониха била хвостом и выпускала клубы дыма, но не нападала.

– Безрассудное использование пестицидов вредит окружающей среде, – взывал драконопоклонник. – Из‑за них скорлупа драконьих яиц сделалась хрупкой, и многие разбиваются до того, как детенышу приходит пора вылупляться. Пока пестициды разлагаются – а это может занять десятилетия,

– многие виды быстро движутся к вымиранию. Девушка, пощади яйцо!

Луна посмотрела на яйцо, подумала и кивнула. Потом она положила яйцо на песок и отошла от него.

Зейн удивился. Как это понимать? Считается ли, что Луна победила дракона и выполнила свое обязательство? Если так…

Луна снова бросилась на дракониху, размахивая серебряным ножиком. Дракониха машинально вскинула голову, открывая пасть.

Это же безумие! У Луны нет шансов победить!.. Но все произошло так быстро, что Зейн не успел вмешаться.

Дракониха, не имея времени набрать достаточно жара, чтобы его хватило на хорошую порцию огня, плюнула дымом. На мгновение девушка исчезла в плотной пелене.

Луна закричала, и этот крик пронзил Зейна до самых глубин его существа. Несколько секунд спустя дым рассеялся, унесенный прочь легким ветерком, и Зейн, к своему ужасу, понял, каким горячим он был. Прекрасные волосы Луны и ее красивое платье были опалены, кожу покрыли ожоги. Девушка ослепла.

Дракониха прыгнула вперед и схватила шатавшуюся жертву. Хрустнули челюсти, из пасти драконихи хлынула кровь, стекая по морде.

Потрясенный страшной догадкой, Зейн взглянул на часы. Таймер стоял на нуле. Камни указывали на Луну.