До него донесся леденящий лай. Шесть черных пятнышек показались на горизонте и стали быстро увеличиваться в размерах. Адские псы приближались.

Оружие, оружие… что может послужить оружием против сверхъестественной твари? Не его плащ и не эти побрякушки. Нужно что‑то для атаки.

Пятна приняли очертания огромных бурых собак, каждая в половину человеческого роста. Глаза их полыхали красным, словно печные жерла. Они двигались по‑кошачьи, огромными скачками – метров по десять за прыжок. Земли адские гончие касались совершенно беззвучно. Даже в открытой атаке они старались действовать исподтишка.

Ему бы сейчас хороший меч – из тех, что скованы, чтобы рубить без разбору жить и нежить. Однако о том, где его взять, думать было поздновато. Собаки окружили человека и лошадь и замерли, оценивая ситуацию. Некоторые уже приготовились к прыжку.

И тут взгляд Зейна упал на косу. Марс когда‑то советовал ему с ней поупражняться. Он этого не сделал – его занимали совсем другие вещи. Но косить он пробовал.

Один из псов прыгнул.

Зейн схватил косу и соскочил на землю.

Пес пролетел над его головой, потеряв из виду цель. Зейн выиграл еще несколько секунд. Он встряхнул косой, чтобы огромное лезвие встало на место – под нужным углом к рукояти – и там закрепилось.

– Уходи, Морт! – крикнул Зейн. – Это не твоя драка.

Конь бледный исчез из виду.

Зейн поднял косу, чувствуя исходящую от нее чудовищную силу. Да, превосходное оружие!

– Ну давайте, щенки! – крикнул он, поддаваясь охватившей его ярости, и смертоносное лезвие засияло. – Испытайте мою силу! Думали, здесь вам беззащитная жертва? Давайте, вы, ночные твари, – перед вами Властелин Ночи. Я – Смерть!

Первый пес прыгнул снова, не обратив на слова Зейна ни малейшего внимания. Очевидно, честь убить врага предоставлялась вожаку. Зейн повернул косу лезвием вверх и подставил ее псу.

Сверкающее лезвие вошло в голову чудища и без малейшего сопротивления рассекло насквозь, до самого хвоста. Из обеих половинок струей ударила кровь, и собака издохла. Магическое лезвие вполне успешно убивало магических тварей.

Еще два пса – на них произошедшее не произвело впечатления – прыгнули одновременно с двух сторон. Зейн взмахнул косой. Лезвие описало жуткий круг и рассекло пополам тело одной из собак, пройдя через него, как сквозь снежный вихрь. Верхняя половина туловища адской гончей отлетела в сторону, а нижняя рухнула, истекая кровью.

Потом пришла очередь второго пса. Лезвие наискосок отделило переднюю часть туловища от задней. Внутренности вывалились, и обе половинки разом обмякли.

Трое оставшихся собак призадумались. Теперь до них дошло, что к чему.

– Ну, шавки? В чем дело? – Зейн уже в открытую издевался. – Не нравится, когда добыча огрызается?

Следующий пес шагнул к Зейну, разевая пасть. Язык и зубы у него были чернее сажи. Из пасти вырвалась струя пламени.

Зейн одним взмахом снес чудовищу голову, и пламя тут же угасло.

Четверо готовы, двое остаются. Зейн почувствовал саднящую боль в правом боку – похоже, струя пламени все‑таки прожгла ему плащ. Огонь адских гончих был посильнее драконьего!

– Вы с кем связались, чертовы выродки? – крикнул Зейн, наступая на двух оставшихся собак. С лезвия косы стекала кровь их сородичей. – Решили, наглые твари, что можете заступить дорогу воплощению? Пошли вон, отродья, пока я не порезал вас на куски!

Одного из псов слова Зейна не напугали – и тогда жуткое лезвие отрубило ему все четыре лапы разом.