|
Погрузившись в воду по подбородок, они чувствовали, как тепло расслабляет мышцы, задубевшие от долгих часов непрерывной скачки, возвращает гибкость суставам, натруженным однообразными движениями.
Они лежали молча, просто наслаждаясь теплом и мягким движением воды. Наконец Кедрин вылез из ванны и перешел в другую. Там они терли и скребли друг друга, смывая грязь под струями прохладной воды, а потом за них принялись массажисты. В предбаннике уже была разложена чистая одежда. Тут же их ждала Сестра Целительница. Она настояла на том, чтобы осмотреть каждого, наложила на больные места целебную мазь, а потом вручила мешочки и свертки с травами, которые могли пригодиться в пути.
После ванны хотелось спать. Однако было необходимо восстановить силы не только отдыхом, и друзья согласились сесть за стол. Беседа за ужином не клеилась, и путешественники, едва утолив голод, отправились в постель.
Кедрину выделили спальню, которую он всегда занимал во время визитов в Высокую Крепость. Эта простая комната чем-то напоминала его покои в Твердыне Кейтина. Он поспешно растянулся на жестком тюфяке. Его последняя мысль была обращена к Уинетт. И он уснул, как обычно, сжимая в руке талисман. Слабый, едва осязаемый трепет камня успокаивал юношу: он знал, что Уинетт жива.
Сны были бессвязными и непонятными. Ему снилась Уинетт. Ее милое лицо улыбалось, и Кедрину привиделось, что она лежит рядом в постели. Потом он снова увидел, как Уинетт исчезает в пасти чудовища… и проснулся. Но лишь на миг: телесная усталость одолела душевное волнение, и крепкий сон тут же снова охватил молодого короля.
Когда он проснулся окончательно, на полу сиял яркий прямоугольник солнечного света. Кедрин выругался и вылез из постели. Судя по всему, уже давно рассвело. Несомненно, Рикол решил пожалеть его и не стал будить спозаранок, а усталость не позволила проснуться вовремя. Солнце поднялось над восточным краем речного каньона.
Кедрин подошел к умывальнику и щедро плеснул себе в лицо водой, потом оделся, опоясался мечом и помчался в трапезную. Он снова горел нетерпением.
При виде Кедрина Рикол и Тепшен прервали беседу.
— Я решил, что тебе стоит выспаться, — невозмутимо объяснил военачальник. — И Сестра Онья со мной согласна.
— Сестра Онья? — Кедрин потянулся за куском хлеба.
— Та, что осматривала вас вчера, — пояснил Рикол. — Она здесь вместо Уинетт. По ее словам, вы все на пределе.
Кедрин хотел было возразить, но Тепшен жестом остановил его.
— Она права, мы действительно переутомились. Для того, чтобы осуществить задуманное, нам потребуются свежие силы и свежие головы.
Как бы ни хотелось Кедрину немедленно отправиться в путь, он не мог не признать правоту кьо. Пробормотав извинение, он уселся за стол.
Тут в трапезной появился Браннок. Крепкий сон вернул ему прежний задор и хороший аппетит. Полукровка немедленно принялся за еду и посоветовал Кедрину последовать его примеру.
— Нам придется спешить что есть духу, — пробормотал он с набитым ртом. — Так что не скоро тебе доведется поесть горячего. Наслаждайся, пока можно!
Кедрин с воодушевлением кивнул, но ему по-прежнему кусок не лез в горло. Юношу снова охватила тревога за Уинетт. Он безразлично опустошил свою тарелку — просто ради того, чтобы подкрепить силы, — оттолкнул ее и стал дожидаться Браннока.
— Можно ехать? — спросил он, когда полукровка с довольным видом вздохнул и вытер губы.
— Конечно, — нимало не смущенный нетерпеливым вопросом, Браннок поднялся и поклонился хозяину: — Благодарю за гостеприимство, военачальник Рикол.
Комендант ответил осторожной улыбкой. Не так давно он призывал отправить Браннока на виселицу. С тех пор бывший разбойник проявил себя весьма достойно, и Рикол даже проникся к нему уважением, но все-таки в его присутствии чувствовал себя неловко. |