— Ну что же, — по Его губам скользнула похотливая улыбка, — думаю, теперь можно немного позабавиться.

Уинетт вскрикнула. Пальцы Ашара, точно крючки, зацепили горловину ее платья. Одним движением Он разодрал тонкую ткань почти до подола, затем, давясь от смеха, сорвал с нее исподнее. Теперь она стояла почти нагая, поднятые руки заставили кожу на груди натянуться. По мере того как пристальный взгляд Ашара скользил по ее телу, облик властителя преисподней снова начал меняться. Сквозь туман проступили черты отвратительного создания, столь же безобразного, как и Его сущность. Ашар поглаживал у себя в паху, чудовищный фаллос, устремленный в сторону Уинетт, подрагивал, раздвоенный язык облизывал мясистые губы.

— Пожалуй, немного подождем, — прошелестел Он. — Когда ты увидишь труп Кедрина, Я предложу тебе выбор: или ты отдашься Мне добровольно, или Я возьму тебя силой. Подумай, Уинетт. Может быть, ты спасешь свою жизнь.

— Никогда, — простонала она.

Ашар засмеялся — и вновь принял обличие Эйрика. Темноволосый красавец водрузил меч на мускулистое плечо, повернулся и зашагал прочь, оставив Уинетт одну посреди мрачного двора.

Уинетт попыталась вырваться, но цепи были крепкими. Она не смогла ни разомкнуть звенья, ни освободить запястья. Ободрав кожу до крови, она оставила свои попытки. Слезы снова затуманили взгляд. Она сморгнула. Сейчас было необходимо сохранять присутствие духа. Если Госпожа не оставит ее Своей милостью, Кедрин придет сюда, и ему может понадобиться помощь. Что за помощь и как ей удастся хоть что-то сделать, Уинетт не представляла. Она заставила себя вспомнить все, о чем говорил Ашар. Его уверенность в победе не безусловна. Иначе почему Он предложил Кедрину выбор — добровольно отдать талисман или сражаться? Она знала одно: какое бы решение ни принял Кедрин, его противник не выполнит обещания. «После того, как ты увидишь труп Кедрина»… Нет, как бы ни льстил Ашар, какая бы участь ни грозила ей — Кедрин не должен отдавать меч. Он должен сражаться, чего бы это ни стоило. И если на то будет воля Госпожи, Кедрин повергнет врага.

У нее не осталось сил даже думать. Закрыв глаза, она от всей души вознесла молитву Кирье.

Пусть Кедрин знает: ее жизнь ничего не значит, главное — победа над Ашаром.

* * *

Кедрин и Тепшен выбрались из туннеля. Ветер гулял над плоскогорьем, нависавшим над унылой долиной. Местность снова выглядела угрюмо и безотрадно. Порывы ветра свирепо обрушивались на склоны. Воздух был пропитан угрозой, которая, казалось, ощущалась кожей. Мрачная серая скала подпирала багровое небо, и пламя над вершинами далеких гор делало его похожим на кроваво-красный занавес, неровно оборванный понизу.

Долина поросла странными деревьями. Безлиственные, они тянули вверх тощие ветви, словно молили защитить от суховея. Широкая река стальной лентой прорезала опаленную землю. Раздваиваясь, она обтекала черный скалистый островок, усеянный уродливыми каменными глыбами. Казалось, гигантская тварь высунула голову из воды, разинув пасть, и окаменела, не сумев протолкнуть в глотку странный замок.

Это строение не могло быть возведено руками людей. Черные стрелы башен были нацелены в багровое небо, стены казались облитыми застывшей черной лавой. Ни окон, ни бойниц — лишь большая арка зияла напротив хрупкого мостика, словно поджидая смельчаков, которые дерзнут перейти грозный поток.

Кедрин чихнул и брезгливо поморщился: в ноздри ударил запах разлагающейся плоти.

— Думаю, это и есть замок Ашара.

— Похоже, — охристое лицо Тепшена было мрачным.