— Зато Анита в восторге: Даниэлла ей очень понравилась.

Зара Брунелли пренебрежительно фыркнула, в очередной раз показав ему, что не любит детей.

— Пожалуй, мне не стоило оправдываться перед тобой, — раздраженно добавил он, даже не пытаясь скрыть возникшую неприязнь. — Ты прекрасный врач и друг, Зара, но не мой телохранитель!

Она помрачнела, и… — нет, ему только показалось! — ее глаза наполнились слезами. Моргнув, Зара уже спокойно произнесла:

— Я помню, какие границы разделяют нас, Карло. Прости, беспокоясь о тебе, я невольно зашла слишком далеко…

В этот момент, прервав воспоминания Карло, проснулась Анита и, вскочив с дивана, кинулась к отцу.

Карло Росси закружил дочь на месте так, что юбочка ее платья надулась, как парашют. Анита завизжала, притворяясь, что ей страшно:

— Отпусти меня, папа!

— Передай Саландрии, что мы сядем ужинать через полчаса, — сказал Карло, осторожно опуская девочку на пол. Дождавшись, когда Анита выйдет, он повернулся к Даниэлле:

— При других обстоятельствах я предложил бы вам аперитив, но во время приема лекарств алкоголь противопоказан. Может, хотите сока?

— Я предпочитаю минеральную воду. Безо льда.

Если можно…

— Конечно, — кивнул Карло, подходя к столику, на котором Саландрия всегда оставляла напитки для гостей.

Он налил в высокий бокал минеральной воды, добавил туда кусочек лайма, положил соломинку.

Себе он налил в стакан «Кампари» и содовую, а затем уселся рядом с ней на диван.

— Перед уходом из больницы я заглянул к вашему отцу, — начал он доверительным тоном. — Все по-прежнему.

Даниэлла печально кивнула.

— Вчера я купила CD-диски с его любимыми операми. Надеюсь, это сможет ему как-то помочь…

— Вероятно, — согласился Карло. — Кстати, официант того кафе нашел ваши покупки на столике, а дамскую сумочку подобрали на дороге полицейские. Вещи сейчас в участке. Если вы будете хорошо себя чувствовать, мы заберем их в понедельник утром и заодно навестим вашего отца в больнице.

— Спасибо, но я не могу злоупотреблять вашей добротой, доктор Росси…

— Разве вам неприятно мое общество?

— Как вы могли подумать! — от смущения на щеках девушки вспыхнул румянец. — Просто не хочу вас утруждать… — Даниэлла взглядом показала на свою поврежденную ногу на низенькой табуретке у дивана, на бокал минеральной воды в руке. Сейчас я могла бы находиться в отеле, но вы великодушно пригласили меня — чужого человека — к себе домой…

— А вы не задумывались, что мои мотивы не так уж и бескорыстны? Возможно, я хочу побольше узнать о вас…

— Зачем? — удивилась она.

Карло Росси с большим трудом сдержал улыбку: чем больше он общался с этой женщиной, тем чаще видел за маской безразличия хрупкое, ранимое и в чем-то наивное создание.

— Вы интересуете меня, Даниэлла, — придвигаясь поближе к ней, мягко сказал он.