— Я рада, что так получилось, Карло…

— Ты слишком добра ко мне. Я этого не заслуживаю.

— Доброта тут совершенно ни при чем. Я не боюсь сказать «нет» мужчине, если он мне не нравится, — она набралась смелости и посмотрела ему прямо в глаза. — На этот раз я сама хотела этого.

Стыдно признаться, но меня никогда раньше так не целовали…

— Никогда? — переспросил Карло. — Разве твой жених был настолько неумелым любовником?

— Теперь я уверена в этом.

— Тогда почему ты оставалась с ним?

— Потому что не знала ничего лучшего.., до сегодняшнего дня, — Даниэлла пожала плечами. Ты, наверное, догадался, что у меня нет большого опыта в интимных отношениях.

— Ошибаешься, И мне странно слышать такие слова от красивой молодой женщины. Тот парень, что позволил тебе уйти, повел себя как идиот.

— Ну что ты! Теперь я понимаю, что он сделал мне большое одолжение: мы абсолютно не подходили друг другу Над камином висел портрет молодой женщины: блестящие черные кудри волнами спадают на плечи; полные чувственные губы трогает едва заметная улыбка; а глаза цвета черного кофе, искусно переданные художником, казалось, следят за каждым движением всякого, кто находится в гостиной. Даниэлла обратила внимание на удивительный портрет еще до ужина и забыла о нем. Но теперь — после всего, что произошло в комнате, — эти прекрасные глаза жгли огнем, приковывая к себе ее взгляд…

— Это портрет твоей покойной жены?

— Да.

— Она очень красивая. Ты, должно быть, очень тоскуешь…

— Не проходит и дня, чтобы я не думал о ней.

Даниэлла совершенно неожиданно поймала себя на мысли, что его признание причинило ей почти физическую боль. А что еще он мог сказать?

Его покойная жена наверняка была не только красивой женщиной, но и прекрасной, страстной любовницей. Неожиданно Карло спросил ее:

— Почему ты здесь, Даниэлла? Разве Алан Блейк достоин того, чтобы ради него пролететь полмира?

— Он мой отец. Кроме того, несмотря на все обиды, я продолжаю надеяться, что все еще может измениться к лучшему…

— А если он не выйдет из комы, что тогда?

— Буду жить, как раньше, — пожала плечами Даниэлла. — Одна из медсестер рассказала мне, что ты назвал больницу в память о своей жене. Как она погибла?

— Карина, как и твой отец, сорвалась со скалы.

Несчастный случай, но, увы, с летальным исходом…

— И после ее смерти ты построил здесь больницу…

— Да, — Карло встал и, чтобы скрыть охватившее его волнение, подошел к выходящему во двор окну гостиной. — Раньше мы жили в Риме, я работал в престижной клинике, но Карина не любила большие шумные мегаполисы: ее все время тянуло в Альпы, в родной город. Так что незадолго до ее смерти мы переехали в Галанио. Она была удивительным, многогранным, образованным человеком, несмотря на то что родилась и выросла в маленьком провинциальном городке. — Он тяжело вздохнул и глухо произнес:

— Карина очаровывала окружающих своей добротой. Все без исключения тянулись к ней. Я же вел себя как слепец, ставя работу превыше всего.