Да, давно я не ел ничего сладкого! Уже и забыл, когда это было последний раз. Под Курчалоем, кажется, угощался сгущенным молоком. Но как давно это уже было!

— У нас дома так закручивают, — сказал я Андрею. — Только у нас сливы немного кислее получаются. Эти совсем сладкие.

— Ага! — прочавкал мне в ответ Найданов. — Здорово! Просто здорово! Какие, оказывается, есть на свете вкусные вещи.

Я перестал разглагольствовать, а продолжил уписывать сливы за обе щеки.

Во-вторых, на следующий день, привезли сухпайки нового образца. Какие-то экспериментальные. Не знаю, сколько такого добра осело у папоротников, но нам досталось по сухпайку на каждого бойца.

Я открыл свой, и обомлел. Кофе, изюм! Какой-то брикет — со вкусом жареной картошки с луком. Сухое топливо для подогрева воды, спички! Баночка мясного паштета. И еще что-то — в красивых коробочках.

Блин! Да таким сухпайком я согласен был питаться каждый день вместо так называемого горячего с нашей полевой кухни!

Судя по обалделым лицам бойцов, они переживали примерно ту же бурю эмоций. Весь день по порядку я любовался и постепенно поедал этот замечательный сухпай.

— Вот как важно вовремя появиться в нужном месте, — сказал мне Андрей. — Нам все это случайно досталось. Повезло. Вчера Дьяков просил у начальства баню и новую форму для бойцов. Ничего не обещали. Но он так наезжал, что подкинули продовольствия с каких-то складов. И на том спасибо!

— Да я и не сомневался, что это не для простых смертных. Это, наверное, для начальства в Ханкале. Нас же вообще на Агишбатой отправили почти без еды. Типа, сами прокормитесь. Автоматы же у вас есть?

Найданов засмеялся.

— Да, — согласился он. — Вот отправят нас отсюда дальше, и все изобилие кончится. Опять будем пшенку сухую жрать.

— Если, конечно, снова какой город не раскулачим, — заметил я.

Андрей кивнул.

В обед я встретил Нелюдина.

— О, Серега! — обрадовался я. — А что я тебя раньше не видел? Вы где стоите?

Он махнул рукой, указав направление. Действительно, туда я почему-то еще не ходил.

— Приходи, — сказал мне Серега. — У Куценко в палатке телевизор есть.

— Ого! А показывает чего?

— В основном, местная хрень. Ну, а так передачки развлекательные проскакивают. Новости можно посмотреть, если хочешь.

— Конечно, хочу. Я телик уже полгода не видел.

— Ну, так чего ждать? Пошли!

Я отправился за Нелюдиным. Вот здорово! Серега и Куценко — это те люди, к которым я мог зайти запросто. Это же не Франчковский. С Нелюдиным мы вообще же в одном институте учились, а с Куценко меня связывал Молчанов. Конечно, капитан не был мне другом, естественно, но отношения у нас с ним были, конечно, куда лучше, чем с Франчковским.

Артиллеристы разбили палатки. Видимо, сразу знали, в отличие от нас, что мы тут надолго. В одну из палаток я и зашел вслед за Серегой. Телевизор стоял в углу, но не работал. На стульях сидели два бойца.

— Что случилось? — спросил Нелюдин, указывая на телевизор.

— Да аккумулятор сел, — ответили бойцы. — Вот Чича завел «Урал», чтобы его подзарядить.

— А, понятно, — протянул Серега.