– Она подложит нам хорошую свинью, когда мы потеряем бдительность.

– Один из нас всегда будет настороже, – предложил я. – Только она знает этого Закари в лицо. А мы – нет. Если он – глава этой организации, то, вероятнее всего, он там. Вполне вероятно, что там и все остальные. Она у нас единственная ниточка, ведущая к Паулю. Мы берем ее с собой.

Хоук пожал плечами и стал пить вино.

– Завтра утром мы выписываемся из гостиницы и первым же рейсом летим в Монреаль.

– А как быть с теми двумя, что у нас под кроватями?

– Надеюсь, что они не начнут разлагаться до нашего отъезда. Мы не сможем от них избавиться. Полицейские торчат тут на всех этажах. Вынести трупы из гостиницы нельзя. Который час?

– Половина четвертого.

– В Бостоне половина десятого. Слишком поздно, чтобы звонить Джейсону Кэроллу. Да и к тому же у меня только его служебный телефон.

– Кто это, Джейсон Кэролл?

– Адвокат мистера Диксона. Он имеет кое какое отношение к делу. Я бы чувствовал себя увереннее, если бы сообщил Диксону о наших планах.

– Может, и твой кошелек приобрел бы приятную упитанность.

– Нет, это особый разговор. Это касается только меня. Но Диксон имеет право знать, как идут дела.

– А я не имею права поспать. С кем она ляжет?

– Я положу матрас на пол, а она будет спать на кровати.

– У нее разочарованный вид. Полагаю, у нее были другие планы.

Кэти спросила:

– Могу я принять душ?

Я сказал:

– Конечно.

Стащил матрас с кровати и, подтянув его поближе к двери в ванную, положил поперек прохода. Кэти вошла в душевую и закрыла дверь. Звякнула защелка. Мне было слышно, как вода заполняет ванну.

Хоук разделся до трусов и завалился на свою кровать. Обрез он спрятал под одеялом. Я улегся на матрас прямо в брюках. Револьвер сунул под подушку. Мне было не совсем удобно на нем лежать, но я готов был мириться с неудобством, сравнивая его с теми гадостями, которые можно было ожидать от Кэти, если она найдет оружие и использует по назначению.

Мы погасили свет, и только тонкая полоска пробивалась из под двери ванной. Лежа на животе, я почувствовал запах, совсем слабый, но знакомый. Запах мертвых тел, давно лежащих в тепле. Без кондиционера было бы совсем плохо. Да. А к утру дела пойдут еще хуже.

Несмотря на дикую усталость, я постарался не заснуть, пока Кэти не выбралась из ванной и, переступив через меня, не улеглась на ближайшую кровать, прямо в коробку, лишенную матраса.

Глава 21

Утром, когда мы рассчитались за номер, Хоук стащил корзину для белья, обнаруженную в специальном шкафу, замок которого мне удалось вскрыть отмычкой. Мы погрузили оба трупа в тележку, прикрыв их грязным бельем, втолкнули ее в свободный лифт и отправили его на самый последний этаж. Проделывая все эти манипуляции, мы не спускали глаз с Кэти, которая не выказала ни малейшего желания дать деру. Или отправить нас на тот свет. Казалось, наше желание оставаться вместе было обоюдным. Я очень хотел, чтобы она была с нами. Думаю, будь на то воля Хоука, он просто сбросил бы ее в какой нибудь канал.

Мы сели на автобус, который доставлял пассажиров от представительства голландской авиакомпании на Музеумплайн в аэропорт, и вылетели в Лондон в девять пятьдесят пять. У нас уже были заказаны билеты на полуденный рейс до Монреаля. В час пятнадцать по лондонскому времени я расположился в крайнем у прохода кресле, Хоук смотрел в иллюминатор, а Кэти спокойно сидела между нами. Попивая английский эль, мы ждали, когда нам подадут обед. Шесть часов спустя, когда по монреальскому времени день только перевалил на свою вторую половину, мы приземлились в аэропорту Монреаля, поменяли деньги, получили багаж, а к трем часам уже стояли в очереди перед олимпийским бюро по расселению в надежде получить пристанище.