Хоук делал вид, что его тошнит от этой сцены. Налив стакан вина, я подал его со словами:

– Выпей, – и добавил: – Соберись. Не дергайся. У нас уйма времени. Когда ты будешь готова, мы обо всем поговорим. Договорились?

Она согласно кивнула.

Хоук напомнил:

– Ты не забыл, что именно она участвовала в покушении, когда бомба разнесла на куски женщину и двух малолеток? Еще хочу напомнить, что она выслеживала тебя в Лондонском зоопарке, чтобы показать твою задницу своим приятелям. А может, ты забыл, как она преспокойно стояла в той квартире в Копенгагене, когда ее любовник приговорил тебя к смерти? Ты вообще помнишь, кто она такая?

– Мне все равно, кто она такая, – прервал я его тираду. – Меня больше интересует собственный имидж.

– Когда нибудь тебя точно пришьют, малыш.

– И все равно мы поступим так, как я считаю нужным, Хоук.

– Ты платишь деньги, следовательно, ты заказываешь музыку. – Он натянул рубашку.

Мы доели остатки затянувшегося за полночь ужина в полной тишине.

– Итак, Кэти. Кстати, это твое настоящее имя?

– Одно из имен.

– Знаешь, я привык думать о тебе, называя именно этим именем, поэтому оставим его.

Она согласилась. Глаза ее покраснели, но слезы уже высохли. Она резко отбросила напряженность и обмякла и внешне, и внутренне.

– Расскажи мне о себе и своей группе, Кэти.

– Я вам ничего не скажу.

– Почему? Перед кем ты должна сохранять тайну? Кому ты так верна?

Она упрямо смотрела вниз.

– Расскажи мне о себе и членах своей группы.

– Это группа Пауля.

– С какой целью она была создана?

– С целью оставить Африку континентом для белой расы.

Хоук фыркнул.

– Оставить, – повторил я.

– Белые должны держать власть в своих руках. Нельзя позволить черным уничтожить достижения цивилизации, которых добились там белые, – она не смотрела на Хоука.

– И каким же образом эти цели связаны со взрывом и убийством людей в лондонском ресторане?

– Британцы вели неправильную политику в отношении Родезии и Южной Африки. Это им в наказание.

Хоук встал и подошел к окну. Он смотрел на улицу и насвистывал один из своих любимых блюзов.

– Чем вы занимались в Англии?

– Формированием английской организации. Меня Пауль послал туда.

– Какая нибудь связь с ирландскими группировками?

– Нет.

– А попытки были?

– Да.

– Я знаю, что они занимаются только проблемами, касающимися Ирландии. Лелеют свою ненависть к Англии и не тратятся попусту. Сколько членов вашей организации осталось в Англии? – был мой следующий вопрос.

– Нисколько. Вы ликвидировали там всех наших.

– И собираемся отправить туда же всех остальных, – раздался голос Хоука, стоявшего у окна.

Кэти посмотрела в его сторону.

– Зачем слиняла в Копенгаген?

– Не понимаю.

– Почему ты отправилась из Лондона именно в Данию?

– Пауль был там в тот момент.

– Чем же он занимался?

– Иногда он там просто живет. У него много адресов, и это один из них.

– Имеешь в виду квартиру на Калверстраат?

– Да.

– Это ты заметила слежку?

– Нет. Пауль. Он очень осторожен.

Я посмотрел на Хоука. Тот понял немой вопрос:

– Мастер. Я его не заметил.

– Ну и?..

– Он позвонил мне и приказал никуда не выходить. А сам следил за вами, пока вы следили за мной. Когда вы ушли вечером к себе, он пришел на квартиру.

– Когда это было?

– Вчера.