– А ты как думаешь?

– Я на ее месте была бы в ярости! Они все так представили, как будто мы… Да мы же всего-навсего прощались. Мы-то с тобой знаем, Рорк, мы всего лишь прощались.

– Да, мы знаем, да, мы прощались.

– Может, если бы я ей объяснила… Я могла бы попытаться. Где она? Я могла бы попробовать.

– Ты прекрасно знаешь, что ее здесь нет.

Магдалена закрыла полные слез глаза. «Перегруппировка, – подумал Рорк. – Перестроение».

– Ну хорошо, признаюсь. Мне хотелось первым делом переговорить с тобой наедине, поэтому я позвонила в полицейское управление. Мне сказали, что она работает в полевых условиях, вот я и приехала сюда. О боже, какая же я трусиха! – Магдалена поднесла дрожащие пальцы к губам. – Но если это поможет – хотя бы чуть-чуть! – я попыталась бы ей объяснить.

– Нет, не думаю. Она и так прекрасно осведомлена обо всех обстоятельствах.

– Что ж, отлично. Отлично. Какое облегчение!

– Она прекрасно знает, что ты все это подстроила, инсценировала и заплатила оператору за съемку.

– Что? Да это абсурд! Это… Рорк! – Магдалена произнесла его имя с легкой дрожью и изобразила оскорбленное достоинство. Точно отмерила дозу изумления и негодования. – Как тебе в голову могло прийти, что я способна на нечто подобное? Я понимаю, ты рассержен и расстроен – я тоже, – но обвинять меня, будто я нарочно пыталась навредить тебе и твоей жене? С какой целью?

Неудивительно, что у них все так отлично получалось с профессиональной точки зрения в те месяцы, что они работали в паре. Магдалена блестяще вела свою роль.

– Я бы сказал, для развлечения. Для тебя и этой цели вполне достаточно.

– Как можно говорить мне подобные вещи? – Магдалена взяла свой бокал. – Это просто омерзительно.

– Ты думаешь, я не могу отследить оператора? Думаешь, я хуже тебя умею давать взятки? Ты меня недооцениваешь, Мэгги. Я знаю все. Во всех подробностях.

Магдалена отнесла свой бокал к окну. Она отвернулась, постояла спиной к Рорку.

– Нет. Конечно, нет, – сказала она тихо. – Я никак не могла бы тебя недооценить. Может быть, я даже хотела, чтобы ты знал. Я не сомневалась: рано или поздно ты все узнаешь. Это ты меня недооцениваешь, Рорк. Мои чувства к тебе. Сожаление. Раскаяние. – Магдалена повернула голову и бросила на него взгляд через плечо. – Желание. Да, я это признаю. Я не горжусь тем, что сделала, но и стыдиться этого не желаю. Я сделала то, что считала нужным. Я пошла бы на что угодно, лишь бы тебя вернуть. Все остальное для меня не имеет значения. Только снова быть с тобой.

Рорк выждал небольшую паузу.

– Чушь.

– Как ты можешь смеяться над моими чувствами? – Магдалена швырнула бокал. Вино расплескалось, бокал разбился. – Как ты смеешь так вести себя, когда я стою тут, обнажив свою душу?

– Я не смеюсь над ними, я просто и ясно говорю: нет у тебя никаких чувств. И никогда не было. Ни ко мне, ни к кому-либо другому. Ты любишь только себя, – добавил он. – Надо было мне раньше догадаться. – Его голос стал ледяным. – Ты приехала сюда, в Нью-Йорк, чтобы прощупать почву. Я сегодня гораздо богаче, чем был когда-то, и ты надеялась отщипнуть себе кусочек. А знаешь, она видела тебя насквозь. С первого взгляда.

Магдалена вскинула голову и подошла к нему.

– А я с первого взгляда на тебя поняла, что ты у нее под каблуком. Как же мне стало смешно! Богатый и могущественный Рорк укрощен. Прыгает через обручи по команде тощей полицейской шавки без намека на красоту и стиль.