Рорку было нечего ответить. Потягивая кофе, он пы­тался привести свои мысли в порядок.

– Ты лгала мне.

– Я знаю, и я извиняюсь за это. Но в подобной ситуа­ции я бы сделала это снова. В конце концов, не моя вина, что ты не способен совладать с собой!

Рорк уставился на Еву, чувствуя, как внутри его нарас­тают одновременно раздражение и удивление.

– Ты полагаешь, что причиной всего происшедшего является мой эгоизм?

– Но ты ведь мужчина, не так ли? Один очень автори­тетный специалист сказал мне, что своим поведением я серьезно ранила твое «эго». Это примерно то же самое, что ударить мужчину в пах.

– И кто же этот авторитетный специалист? – спросил Рорк с нежностью готовящейся к броску кобры.

– Я говорила об этом с Мэвис. – Ева заметила блеск в его глазах и прикрыла свои, чтобы он не разгадал ее мысли. – Она мне все разъяснила, а потом то же самое повто­рила и Мира. После того, как ты обиделся на меня, у меня было право посоветоваться с умными людьми!

Рорк встал, подошел к окну и уставился на открываю­щийся из него вид на город. Ему нужно было время, чтобы собраться с мыслями и успокоиться.

– Хорошо. У тебя было право посоветоваться с друзь­ями. Но даже если причиной всего происшедшего стало мое раненое «эго», главное здесь совершенно в другом: ты не доверяешь мне.

– Это неправда! – Теперь, когда он поверил в свое ос­корбленное «эго», Ева должна была закрепить успех. – Я никому так не доверяю, как тебе. Но не отворачивайся от меня, Рорк! Никогда больше не делай этого. Мне стало так страшно… – добавила она, когда Рорк повернулся к ней. – Я не из пугливых, и не позволяю страху завладеть собой, но он живет во мне. Нельзя сказать, что кто-то из нас был не прав. Просто у каждого своя правда.

– Какой потрясающий и точный анализ! – Рорк по­дошел к Еве, оказавшись с ней лицом к лицу на расстоя­нии вытянутой руки. – И ты полагаешь, что после пары ударов в пах я должен был кротко сидеть на кушетке, как послушная кукла? Особенно после той сцены, которую я увидел вчера вечером.

Она чуть не рассмеялась, представив себе такую карти­ну. Стоящего перед ней мужчину никак нельзя было на­звать кротким. Он всегда делал то, что хотел и когда хотел, презирая последствия.

– Все случилось неожиданно. Я вообще не понимаю, как это произошло. Вебстер располагал конфиденциаль­ной информацией, мы разговаривали, а потом… Я не знаю, что за муха его укусила!

– Ну конечно, – пробормотал Рорк, мрачно усмех­нувшись. – Конечно, не знаешь.

– Я бы прекрасно справилась с ним сама. Но ты тут же подскочил к нам, и вы, как два диких пса, вцепились друг в друга. И что же здесь оскорбительного для тебя?

– Ты наставила на меня пистолет! – Рорк не мог об этом забыть и не был уверен, что сможет вообще когда-нибудь забыть об этом.

– Верно. А ты считаешь, что я такая дура, чтобы бро­ситься между двумя сумасшедшими дерущимися мужика­ми безоружной? Я сделала это машинально.

– Ну тогда о чем речь? Ты сделала это машинально. – Он натужно рассмеялся. – Подумай сама, что ты гово­ришь, Ева?!

– Я бы никогда в тебя не выстрелила.