– Пока что не получается. Эти деньги столько раз от­мывались, что сейчас должны быть стерильными. Но могу сказать тебе одно: Миллз начал перечислять большие сум­мы в свой пенсионный фонд и активно покупать акции аккурат за две недели до облавы на Рикера. – Фини по­скреб подбородок, шурша щетиной. – Коли стал богатеть позже – спустя несколько месяцев после этого. Относи­тельно Мартинес пока ничего сказать не могу. Либо она чиста, либо очень осторожна. Зато я поинтересовался фи­нансами Рот.

– И что же?

– За последние шесть месяцев с ее счета снимались значительные суммы. Очень значительные! На первый взгляд все выглядит так, что она находится на грани бан­кротства.

– А куда пошли эти суммы?

– Пока не знаю. – Он глубоко вздохнул. – Дай мне немного времени, я ведь должен работать очень осто­рожно.

– Хорошо, спасибо.

– Как убили Миллза?

Потягивая кофе, Ева неторопливо рассказала Фини о том, что произошло. Ей все еще было не по себе, но, за­кончив рассказ, она почувствовала себя лучше.

– Он и впрямь был дерьмом, – прокомментировал Фини. – Но все равно такая смерть ужасна. Это явно сде­лал кто-то, кого он знал. К копу так просто не подберешь­ся, и, даже если получится, он окажет нешуточное сопро­тивление.

– Миллз был здорово пьян. Я полагаю, что незадолго до смерти он с кем-то выпивал – в точности как Коли. Встретился со знакомым, набрался, расслабился – и был убит.

– Да, похоже на то. Ты правильно сделала, что пору­чила Макнабу просмотреть дорожные видеозаписи. Он парень дотошный.

– Я вызвала его и Пибоди к себе домой на восемь ут­ра. Ты сможешь подойти к этому времени?

Фини посмотрел на Еву, и на его лице, похожем на скорбную морду бассет-хаунда, появилась усталая улыбка:

– Куда ж я денусь!

Будильник Ева поставила на пять. Она намеревалась еще раз надавить на Льюиса, а значит, уже через час ей нужно было выезжать из дому. Но этот час она поклялась себе проспать без задних ног!

Забираясь под одеяло, Ева была уверена, что Рорк обя­зательно проснется: он спал чутко, как кошка, и не мог не отреагировать на ее возвращение домой. Однако ничего не произошло – он не повернулся на кровати, не протянул руку, чтобы обнять ее, как делал всегда. А когда через час Ева разлепила глаза, она была в постели одна.

Она уже собиралась отъезжать от дома, когда рядом с ней вдруг появилась Пибоди.

– Уф, чуть вас не упустила! – тяжело отдуваясь, ска­зала девушка.

– Ничего не понимаю… Что ты здесь делаешь?

– Я здесь ночевала. Точнее, мы с Макнабом. И, надо сказать, в такой спальне я согласилась бы провести оста­ток своих дней! – Заметив, что Ева не улыбнулась, Пибо­ди добавила: – Мы привезли видеозаписи дорожной по­лиции, и Рорк предложил нам остаться здесь на ночь. Он сказал, что так будет проще, чем разъезжаться по домам, а буквально через час снова ехать сюда, как вы приказали.

– Это Рорк предложил?

– Ну да! – Пибоди плюхнулась на пассажирское си­денье и пристегнула ремень безопасности. – А потом мы вместе принялись за работу.

– Кто это «мы»?

Пибоди достаточно хорошо изучила свою начальницу, чтобы тут же расслышать зазвеневшую в ее голосе сталь, и поэтому неуверенно протянула:

– Ну-у… Я, Макнаб и… Рорк. Он ведь нам и раньше помогал, поэтому я подумала, что в этом не будет ничего плохого. А что, не надо было его допускать до этого дела?

– Да нет, черт с ним.