Loading...
Изменить размер шрифта - +

У каждого из детей в руках был небольшой жезл из стали и стекла – цилиндрической формы, без каких‑либо кнопок и подвижных частей. Жезлы выполняли функции средств связи и открывали доступ к мозговому центру корабля, к библиотеке и момам. Но никто из детей не знал, где территориально располагаются библиотека и мозговой центр, так же, как они не знали, сколько на борту момов и куда те исчезают, когда пропадают с глаз.

В извилистом коридоре перемычки ощущался запах, присущий помещениям, неподалёку от которых проходят занятия физкультурой. Приглушённый звук голосов и блики света отражались от выступающих повсюду тёмных полусфер, изогнутых трубопроводов и разнообразных, но чаще кубических, со сглаженными углами, конструкций. Поток свежего, прохладного воздуха из кормового дома‑шара становился все ощутимее. У детей было очень острое обоняние, они различали малейшие изменения запаха. Они узнавали друг друга по запаху так же хорошо, как и визуально. С той поры, как дети попали на «Спутник Зари», они ни разу не простужались; да и ничто на корабле, кроме кошек и собак, не могло вызвать у них аллергической реакции. Дети были вполне здоровы, продолжительность состояния невесомости никак не сказывалось на них – по крайней мере, не вызывало пагубных последствий. Незначительные раны и царапины заживали очень быстро. Беременность у девушек не наступала.

В течение пяти лет дети непрерывно обучались и тренировались – сначала под постоянным руководством момов, потом, когда общая организованность детей возрасла, под руководством лидеров и учителей, выбранных из их же рядов. В самом начале путешествия детей разделили на четыре команды: навигаторов, проектировщиков, механиков и исследователей. Мартин был зачислен в команду навигаторов и изучал приёмы управления кораблём. Однако через несколько месяцев он нашёл, что навигация – скучное и ненужное занятие, так как «Спутник Зари» управлялся автоматически. И хотя все дети знали, что получают знания для собственного же блага, применяли они их пока только в нескончаемых упражнениях и тренировках. Мартин стал все больше интересоваться механикой и исследованиями.

Миссия, к которой готовили детей, была чрезвычайно ответственной: если им удастся найти цивилизацию, которая создала машины‑убийцы, уничтожившие Землю, они должны были провести там расследование и осуществить Правосудие. Суть Закона была объяснена детям в самом начале полёта: «Все разумные существа, ответственные за изготовление самовосстанавливающихся машин и других аналогичных изобретений – средств разрушений, а также все причастные к такому производству, должны быть уничтожены.» Жестокая категоричность Закона, выраженная столь чёткими и холодными словами, поразила каждого из детей.

Соблюдение Закона контролировалось и осуществлялось альянсом цивилизаций, а конкретно – Благодетелями, которые и строили Корабли Правосудия для поиска роботов‑убийц и их создателей.

Закон также требовал, чтобы оставшиеся в живых земляне приняли участие в поисках и уничтожении убийц. Погубившие Землю, бойтесь её детей!

Уничтожение развитой цивилизации было опасным и трудным делом – даже при наличии оружия, имевшегося на борту Корабля Правосудия. И всё‑таки, у этого маленького и сравнительно простого летательного аппарата имелись шансы уничтожить более мощный и сложный. Момы обучали детей тактике и общей стратегии: как использовать оружие, как избежать неожиданных столкновений, как защититься от мощных атак.

Но момы рассказывали далеко не всё, что хотелось бы знать детям, поэтому со временем недоверие и неуверенность молодых землян возрастали.

Мартин старался не думать об этом, с головой погружаясь в учёбу, тренировки и обязанности Пэна. Однако, как ни старался он отделаться от навязчивых мыслей, как ни пытался забыть Теодора Рассвета – этого ему не удавалось.

Теодор был другом Мартина – можно сказать, единственным другом в начале полёта.

Быстрый переход