— Ты не дурак, — задумчиво протянул Пуританин, — когда он придет?

— Он больше не придет.

— Точно?

— Точно.

Пуританин совсем распустил шнурок на шее хозяина и повернулся к Антонио:

— Как ты думаешь, он не врет?

— Думаю, нет.

— Что, отпустим беднягу?

— Пусть катится ко всем чертям.

Обрадованный толстяк облегченно вздохнул и расслабился. Пуританин тотчас тренированным движением дернул шнур за концы и резко рванул его на себя. Голова хозяина «Наутилуса» дернулась, коротко хрустнул шейный позвонок. Толстяк сразу обмяк, вывалил язык и выкатил глаза.

В нос Пуританину ударил едкий запах мочи. Он выпрямил натруженную спину и потер поясницу.

— Один — два, — резюмировал Антонио, страстный поклонник футбола.

— Если этот Гаэрс действительно из ФБР, мы его найдем, — удовлетворенно проурчал Пуританин.

— Сомневаюсь…

— Все равно найдем, — упрямо мотнул головой Паоло. Они оттащили тело хозяина за ящики и покинули комнату. Аккуратно притворили за собой дверь, огляделись по сторонам и не спеша направились к выходу. Однако не успели сделать и десяти шагов, как негромкий оклик остановил их.

— Эй, синьоры! Кажется, вы меня искали?

Пуританин выдернул пистолет и мгновенно развернулся. Он даже успел определить систему автомата в руках щуплого на вид незнакомца в темных очках и шляпе — чешский, «скорпион». Но то была последняя его мысль.

Автомат забился в руках ганфайтера. Багровое пламя вспыхнуло перед глазами Паоло и тотчас угасло. Литовченко приблизился к телам и внимательно изучил результат своей «мокрой» работы. Паоло и его напарник были мертвы.

…В пятницу Диас сообщил, что напал на след Небесных Братьев, а уже в воскресенье Джексон едва не помешал любимому занятию босса. Памятуя о строгом наказе немедленно докладывать все новости, он в семь утра помчался к конюшням. Ничуть не запыхавшись, остановился у входа и по привычке поправил галстук.

Сомора кормил из рук свою любимую гнедую кобылу английских кровей. Джексон мягкими неслышными шагами приблизился к шефу и тихо окликнул:

— Синьор Сомора!

— Что там, Джексон? — не поворачивая головы, поинтересовался Сомора. Ты так летел сюда, что я было забеспокоился о целости твоего аристократического носа.

Джексон хотел было подивиться этой осведомленности, но вовремя вспомнил о телохранителях шефа. Он их попросту привык не замечать, словно приевшиеся детали интерьера. Зато они замечали все и «настучали» шефу о приближении секретаря.

— Неприятные новости, — внушительно начал Джексон, — Диас…

— Что, пристрелили или отравили? — опередил его Сомора, хотя и не удостоил секретаря поворотом головы.

— Есть основания предполагать, что отравили, — скис Джексон, которому всеведение шефа подпортило настроение.

— Кто его страховал?

— Метис, Пуританин и Антонио.

— Забавно. Ну рассказывай, рассказывай.

Сомора не спеша вытер руки свежим сеном, потрепал кобылу по холке и наконец обернулся к секретарю. Он внимательно выслушал весьма четкий доклад Джексона, но вывод сделал странный:

— Никогда не щадите старых друзей, Джексон. Видите, что из этого получается? Полдюжины трупов и никакой пользы. Но самое смешное то, что Диас, который, по идее, в списке покойников должен был стоять последним, этот список возглавил.