— Не твое дело, — отверзала Тон. — Достаточно того, что я это знаю. Пятый! В дом, и лечь! Ты меня знаешь!

— Всё, всё, всё, — поспешно ответил тот. — Меня уже нет. Рауль, спасибо за ребро. Теперь они будут беседовать с Сат-онвэе, а я спокойно заниматься своими делами.

— Стойте, стойте, — Рауль загородил им дорогу. — Я что, выболтал Жертан ваши секреты? В таком случае, отчего вы меня не предупредили, что именно говорить ни в коем случае нельзя? Оставили в ее компании на целые сутки, с заблокированным детектором... Таким образом, знаете, обычно потенциальным врагам дезу впаривают! Я полагал, что вряд ли обладаю сведениями, от которых миры рушатся в пыль, потому и трепался с ней без опаски. Но если я ошибался...

— Ничего важного ты ей не сказал, — успокоил Рауля Пятый. — Просто Тон у нас любит паниковать раньше времени. А Жертан… да бог с ней. Пойдем в дом, что ли?..

— Ладно, пойдем... Но если вы меня оставите в безделье еще на один день — не обижайтесь потом на мою болтливость!

— А ты больше слушай, — посоветовал Лин. — Она тоже не молчит.

— Угу. Она рекламирует...

— Естественно, а что ей еще делать? Впрочем, она не врет. Или почти не врет… Рауль, а все же, зачем ты мне ребро сломал? — с упреком спросил Пятый. — Знаешь, как достало!.. Мы же сейчас даже котроллеры не имеем права ставить! А оно хрустит, такая мерзость…

— Прости. Слушай, давай я попробую его заживить? Я ведь такие вещи раньше делал.

— Да не надо, само срастется. Весишь ты, как чугунный мост! И локти у тебя железные. Да, с меня — та выдранная прядь, ладно? Как-то мы… неудобно получилось. И люди невесть что подумали.

— Ты что, мазохист? Я не виноват, что мне такая туша досталась в наследство от блонди... Пошли, а?

— Да ну! Но в дом всё равно пойти надо, иначе Тон станет орать, — Пятый воровато оглянулся на домик. — Вот что, Рауль. Я в катере заныкал банку твоего стаута. Она лежит в рундуке, под парусами. Помнишь, откуда мы паруса вытаскивали? Если есть желание — сходи и притащи. А я пойду изображать самого больного в мире человека.

— Между прочим, мой синтезатор никто не блокировал. Я днем проверял. Так что стаут наш у нас с собой... Пошли, Пятый, будешь расслабляться после трудового дня, а я с тобой — за компанию.

— Оставили, говоришь? — с сомнением спросил Пятый. — Очень странно. Ладно, хорошо. Блин, как же мы так все… совершенно идиотская ситуация!.. Ты говорил, что мы ничего не разрешаем делать! Да не мы не разрешаем, Рауль! Не мы! Индиго не разрешают! Чтобы я еще раз в своей жизни согласился на такие условия!.. И это называется — сотрудничество! — Пятый в отчаянии треснул кулаком по стенке домика. — Были бы мы в Сети в это время…

Рауль вошел внутрь; там и было-то всего три комнаты, в домике.

— Запрет на проходки в другие миры — тоже их условие? И вообще, садись, давай... то есть ложись.

— Да пошло оно всё — ложись, садись, — Пятый явно нервничал. — Это так, цветочки. Проходки… Мы даже связь не имеем права поддерживать. Ни с одним живым экипажем, которые сейчас в Сети! И плевать мне на все эти ребра и легкие! Я этого так не оставлю! Что бы эта тварь тут про нас не говорила! Чудо, что Ренни успел вытащить лагерь!..

— Вы друг другу не доверяете... что же удивительного, что они вас пытаются ограничить. Не надо на Жертан ругаться. Она просто честно служит своему миру, вот и все... Ложись давай, а я сейчас тебе стаута сделаю.