— Хорошо, вы отзонируете этот мир к себе... в вашу вишневую сетку... и дальше?..

— Не факт, что к себе. Но ты сможешь участвовать в экспансии в любом случае. Теперь это есть в договоре, — сказал Пятый, тоже сворачивая визуал. — Всё, хватит. Не могу больше! Двенадцать часов почти без перерыва, охренеешь!

— Какие права мне дает это участие? — спросил Нарелин.

— Да фактически всё, что ты хотел. В нашем случае — полный карт-бланш, конечно, без фанатизма и воздействий, но с рядом полномочий… прочтешь потом, как детектор разблокируется. Сат-онвэе обещает дать тебе область, в которой ты будешь творить, что хочешь, в разумных пределах, конечно.

— Четыре дня, — напомнил Лин. — И мне нужна ваша технология подмены тел. И главное — вы должны своевременно информировать меня о всех новостях и обо всех подробностях ситуации...

— Это всё пока неактуально, — отмахнулся Пятый. — Судя по тому, что мы сейчас видим… скорее всего, эти технологии просто не понадобятся.

— Да, — подтвердил Рыжий. — Почти на сто процентов уверен — не понадобятся.

Он встал, потянулся, прошелся по каюте.

— Вот что я тебе еще скажу… — Лин примерился плюхнуться на освободившуюся койку, и…

…со всего маха угодил спиной в густой кустарник, покрытый мелкими красноватыми листьями, стоящий по обочинам прямой, как стрела, тропинки.

— Приехали, — подытожил Пятый.

— Опять ваши фокусы? — неодобрительно спросил Нарелин. — А на этот раз с какой стати? Это что — опять отображение Сети? Чье на этот раз? Осенний лес, ага... ну как же, помню... «прозрачен мой осенний лес».

— Это не наши фокусы, — раздраженно ответил Пятый.

Зверик, задремавший было у Лина на коленях, проснулся и теперь с любопытством принюхивался и прислушивался.

Лес. Огромное прозрачное небо, золотистые и красные деревья. И тишина. Пронзительная, заполняющая собой всё. Тишина, как холодная прозрачная вода, застывший без движения воздух…

— Пошли, что ли, — Лин вылез из кустов, отряхнул штаны. — По идее, должно быть недалеко.

— Какой странный лес... — шепотом сказал Нарелин. На него вдруг накатила робость. — Никакой жизни вокруг.

Он прижал к себе Зверика. Сбежит еще, потеряется ненароком...

Когда они дошли до первого поворота, Нарелин удивился еще сильнее. Эту дорожку пересекала еще одна — и снова совершенно прямая. Сэфес уверенно свернули на нее. Нарелин прошел несколько шагов и обернулся. Первой дорожки не было. Сплошная стена кустов.

Он насторожился.

— Это они нас ведут? — спросил он у Лина.

— Смотря кого называть «они», — ответил рыжий. — В некотором смысле да, ведут. Хотя, на мой взгляд, просто подсказывают короткую дорогу.

— Жутковато здесь, — проговорил Лин. — Наверное, с непривычки...

— Наверное, — равнодушно отозвался Пятый. — Мне, правда, так не кажется…

— Тон... — позвал ее Нарелин. Догнал и тронул за плечо. Сказал шепотом: — А может, и Рауль здесь...

— Нет, — ответила та. — Здесь никого нет. Разве что… впрочем, это неважно.

— Одно и то же, — пробормотал Пятый. — Просто мы смотрим на это «одно и то же» с разных точек… сейчас — вот так.

Дальше Нарелин шел молча.