— Гаспар, я давно уже пришел в норму! Мне гораздо хуже, когда я вот так сижу и маюсь, маюсь, маюсь! Я даже с Таэни поговорить не успел — спасибо вам, добрые целители, за вашу заботу!

Гаспар остался невозмутимым.

— Вот чего ты сейчас орешь? — спросил он. — Лин, я еще могу как-то понять… но ты? Чего ты торопишься? Таэни с Таори вернутся, как только немного разберутся с делами. На Эорн тебя никто всё равно не выпустит. И детектор не разблокирует, сам знаешь. Кстати, давайте-ка оба наверх. Немного поработаем.

Лин тяжело вздохнул. Поднялся, выжидающе посмотрел на эльфа. Тот тоже встал. Делать нечего, спорить с Гаспаром сейчас было совершенно бесполезно. «Работать» им приходилось по три, четыре раза в день, и процедура эта ни эльфу, ни Рыжему совершенно не нравилась. Нет, ничего неприятного, но лежать почти полчаса неподвижно, пока Гаспар занимается корректировкой — тоска смертная.

— Я же всё равно найду, — упрямо сказал Лин, когда они шли наверх. — Я ж весь Орин перерою, но найду!..

— Гаспар... Вы что, собираетесь не допускать меня на Эорн и после?

— Не говори ерунды. Придешь в себя — и пожалуйста. Куда угодно. Но сейчас нельзя.

Нарелин шумно вздохнул. Можно подумать, его состояние имело какое-то отношение к его просьбе. Можно подумать, на Эорне он тратил бы больше сил, чем здесь, на Орине. Бревна бы там перетаскивал в одиночку, угу... Больше всего ему сейчас хотелось отказаться от всякой помощи и уйти в степь, куда глаза глядят. На несколько дней. Одному, и чтобы не нашли... Не в первый раз его уже посещало такое желание. Непонимание Встречающих давило куда сильнее, чем недавняя встряска с драконом. Однако и их при желании можно было понять. По крайней мере, зла они ему точно не желали.

Глава 12

За окном, большим, в полстены, висело очень-очень много звезд. И там было холодно. Так холодно, что ломило виски. Час назад еще можно было как-то разглядеть в этом окне очертания гонного хребта, пиков и скал, а теперь — остались только звезды, а горы превратились в куски мрака на фоне шитого серебром бархата неба.

— Луны тут нет, — еле слышно сказал Лин. — Даже повыть не на что… и горы ночью не видно…

Да, если бы тут была луна — всё, вероятно, выглядело бы иначе. Нарелин на секунду представил себе склоны, облитые призрачным лунным светом. Красиво…

…Гаспар и Ренни вызвали их два часа назад. Этого вызова Лин ждал пятые сутки, и не пришлось ему вообще что бы то ни было говорить, кроме координат места. Как выяснилось, про этот домик не знал никто — даже Ренни до этого случая не предполагал, что у Рино с Гаспаром есть такая горная хижина.

Хижина оказалась маленькая — четыре весьма скромных комнаты, кухня, пристройка… Оказалось, Гаспар держит домик для каких своих сугубо личных нужд, и пользовался хижиной последний раз лет двадцать назад. Ни в одной сводке, ни в одном маршруте она не упоминалась — немудрено, что Нарелин и Рыжий ее не нашли.

— Похоже, всё благополучно, — сказал Ренни, когда Нарелин и Рыжий, оставив катер, вошли вслед за ним по выщербленным ступенькам в хижину. — Но без вас, увы, он отказывается работать дальше… Так что милости прошу.

Ренни проводил их, извинился и вышел, у него нашлись неотложные дела, и, по его словам, ряд вопросов необходимо было срочно обсудить с Гаспаром

В небольшой комнате было темно — уже ставная привычной светящаяся полоска на уровне метра от пола, и всё. Почти нет мебели — кровать да странная штука на стене — похоже, какой-то прибор…

Нарелин сел на пол у кровати, где под темным пледом лежал Пятый.