Долгое время Хонор лежала тихо под весом мускулистого тела Конна, набираясь сил и приходя в чувство. Она уже подумала было, что он уснул, когда он, наконец, зашевелился и открыл глаза, чтобы посмотреть на ее лицо.

— Интересно, — тихо сказал Конн, — ты имеешь представление, что ты натворила?

— Говорит, что в действительности это не работает, — прошептала она серьезно.

— Что не работает?

— Ложится в постель с мужчиной, чтобы добиться общения с ним. Обычный здравый смысл говорит о том, что, в конце концов, все, что ты получаешь, — это несколько мгновений иллюзии. Утром все будет, как было до этого.

Его ресницы опустились, чтобы она не сумела прочесть выражение в его серых глазах.

— Так вот что ты делала? Пыталась добиться общения?

— Полагаю. Я больше не могла терпеть расстояние между нами. Догадываюсь, частица меня думала, что если я…

— Частица тебя думала, что если ты соблазнишь меня, расстояние между нами исчезнет?

Он поиграл с локоном ее волос, лежащем на обнаженном плече.

— Ты сильно рисковала.

— Неужели?

Он выждал немного, словно обдумывая ответ.

— Да. Я мог использовать тебя сейчас. Позволить тебе думать, что ты добилась своего мистического невербального общении на несколько дней.

— До тех пор, нока ты не выбросишь меня из своей жизни? — рискнула спросить она.

— Угy. А когда сочту, что достаточно поимел тебя, то смогу просто уйти через дверь.

Конн повертел локон ее волос между пальцами и легонько потянул, сжав губы.

— Да, — согласилась она, ты можешь

— Есть только одна проблема, — задумчиво продолжал Кони.

— И какая?

— Не думаю, что смогу когда-либо насытиться тобой, чтобы я сумел выбросить тебя из своей жизни. Я бы обманывал себя, если бы решил пойти таким путем.

Хонор на мгновение закрыла глаза, уверенная и сомнительном равновесии между ними.

— Я и сама себя обманывала, когда решила попытаться лечь с тобой в постель, чтобы добиться более эффективного общения.

Он замер:

— Правда?

— Я легла и постель с тобой, потому что и тебя люблю, — тихо призналась она. — Полагаю, общение — это часть любви, но правда в том, что я пришла бы в гостиную сегодня ночью, даже если бы знала, что после этого и никогда больше не увижу тебя снова.

— Хонор, — выдохнул он, наклоняя голову, чтобы легко коснуться губами ее губ, — я так рад!

— Рад, по всей вероятности, — задумчиво согласилась она. — Судя по тому, как обстоят дела на сегодняшний день, рисковать пришлось мне, не так ли?

— Любить меня — это риск? — нахмурился он.

— И большой. Я никогда и не мечтала, что могу влюбиться в мужчину, который не сможет мне доверять. Но ведь я никогда и не думала, что влюблюсь в мужчину, которому и сама не смогу доверять.

Хмурый вид Конна преобразился в холодный гнев, но он не сдвинулся с места.

— Ты хочешь сказать, что любишь меня, но не доверяешь мне? Я тебе не верю. Хонор. Я никогда не давал тебе повода не доверять мне.

— Ты не сказал мне, что ты — сын Стоунера, — напомнила она ему.

— Это другое! — вспылил он, явно обиженный ее интерпретацией его молчания по этому поводу. — Я ведь не лгал тебе в этом. Я просто решил не говорить до тех пор… до тех пор, пока и не узнаю тебя получше.

— Пока ты не решишь, каким образом ты можешь мне отомстить?

Он покачал головой с диким нетерпением:

— Нет.