Мне насрать. Я хочу Клэр. Я в ней нуждаюсь.

— Что за парень? — рычу я.

— Мы вместе ходили в школу. И он гей, так что не было необходимости угрожать вырвать ему язык. Я ему не интересна.

— Мне насрать, — говорю я ей. — Только мои руки могут касаться этой талии.

— Ты серьезно? — Клэр усмехается. — Ты накачал меня наркотиками и бросил в квартире!

Мои руки сжимаются вокруг нее, напоминая ей о моей силе. Напоминая уступить мне.

— Ты моя, маленькая птичка. Не заставляй снимать ремень и напоминать об этом факте.

— Невероятно! — Клэр хнычет.

Она серьезно раздражена на меня. Мне все равно — я так близко к ней, держу ее в своих объятиях, вижу огонь в этих блестящих темных глазах, вдыхаю теплый, сладкий аромат ее духов… это неотразимое сочетание.

Я снова хочу похитить ее. Хочу перекинуть ее через плечо и унести из этого места, прямо под носом у Валенсии, Парсонса и всех остальных людей.

Я пришел сюда, чтобы забрать флешку у Клэр, но теперь, увидев ее, не могу заставить думать о другом. Я хочу ее в тысячу раз больше, чем эти электронные письма.

— Пошли, — рычу я, хватая ее за руку и уводя с танцпола.

— Куда? — шипит она.

Я вытаскиваю ее через боковые двери бального зала в ботанический сад, примыкающий к отелю.

Сады заключены в огромную стеклянную теплицу, воздух влажный и благоухающий хлорофиллом. Гирлянда сверкает в зелени, освещая усыпанные листьями дорожки между деревьями.

— Константин, я не собираюсь… — начинает Клэр.

Я заставляю ее замолчать, прижимаясь к ее губам, неистово целуя ее, как будто не видел ее годами. Прижимаю ее к стволу декоративной вишни, свисающие ветви скрывают нас от посторонних глаз. Ощупывая ее тело сквозь платье, чувствую ее теплую, упругую плоть. Прикусываю ее шею, чтобы почувствовать легкий соленый привкус ее кожи.

Она сопротивляется лишь мгновение, но потом беспомощно прижимается ко мне, издавая стон, когда я провожу языком по ее подбородку, прежде чем погрузить его ей в рот.

Я зависим от этой женщины.

У меня началась ломка без нее.

Я начинаю понимать, что рядом с Клэр для меня ничто не имеет значения — ни мой бизнес, ни Магуайры, ни даже очистка репутации. Я хочу ее больше, чем любую другую цель. Без нее любое достижение кажется бессмысленным.

— Я забираю тебя, — говорю я, — и на этот раз не отдам обратно.

Она отстраняется, глядя мне в глаза.

— А меня спросить? — говорит она.

Я хватаю ее за горло. Приподнимая юбку ее платья, я засовываю руку под нее, чувствуя ее бархатные мягкие половые губки, теплые, влажные и готовые для меня.

— Я уже знаю, чего ты хочешь, — говорю я, просовывая в нее два пальца. — Ты хочешь этого.

Клэр стонет, голова откинута назад, горло обнажено.

Я посасываю ее шею, трахаю пальцами, чувствуя ее теплую, мягкую хватку, как она сжимается с каждым толчком.

— О боже мой. О боже мой… — она тяжело дышит.

— Скажи, что ты моя, — рычу я.

— Я твоя…

— Скажи, что пойдешь со мной куда угодно…

Ее глаза встречаются с моими.

— Да, — говорит она. — Куда угодно.

Я снова целую ее, расстегивая молнию на брюках. Затем вынимаю из нее пальцы и вместо этого засовываю внутрь свой член. Я трахаю ее, прижимая к дереву, вишневые цветы осыпаются вокруг нас дождем с каждым толчком. Воздух сладок от запаха раздавленных лепестков. Губы Клэр становятся еще слаще, когда я целую ее снова, и снова, и снова.