Фредерик явно заметил мой недоуменный взгляд и сказал, поглаживая металл своего доспеха:

— Сейчас все любят сплошную. Чем меньше сочленений, тем дороже. Согласен, такие доспехи легче. Но мой опыт подсказывает — на тяжесть оружия не жалуется только мертвец. А эта штука куда надежней вашей модной и красивой брони. Поверьте, мой сеньор, вы отдали мне лучшую броню из ваших хранилищ. Так, мы готовы. Пора выступать!

Пока он заговаривал мне зубы, Мышь закончил затягивать ему ремни на поножах. И сейчас Фредерик стремительно вышел из шатра, не дав мне и шанса попросить подобрать другие наручи и поножи. Я вздохнул и отправился за ним.

В отличии от нас и латных всадников Фредерика, далеко не у всех были помощники. Лагерь был похож на растревоженный муравейник — люди сновали туда-сюда, собираясь.

— Где мой шлем! Где мой шлем! — орал колоритный мужик в кольчуге и только с одной латной рукой. Вторая, левая, была просто в кожаной перчатке. Грива нечесаных волос, длинная черная борода и опухшая рожа выдавали в нем человека благородных кровей. Серьезно — длинные волосы роскошь, за ними надо ухаживать. В условиях средневековья любые технологии заменялись долгим и тщательным трудом. Хочешь длинные волосы — готовься к тому, что вместо нормального шампуня ты будешь их полоскать в трех разных настоях а потом расчесывать щеткой, пока не высохнут. Почти каждый день. Для этого, разумеется, потребуется специальный человек. Даже у меня волосы были сравнительно короткие. Ну и для того, чтобы пить до пьяна каждый день, тоже нужны хорошие деньги.

Тем временем лохматый поймал пробегающего мимо парнишку в кожаной куртке с арбалетом в руках. Видимо пажа или оруженосца небогатого рыцаря.

— Видел мой шлем? — прорычал лохматый бедолаге в лицо, и приподнял его за ремень. Тот побледнел и молча помотал головой. Лохматый отбросил парнишку и начал осматриваться вокруг.

Мне подвели коня и я отвлекся. Едва я успел сесть в седло, как рядом уже оказались Фредерик и Вилла.

— Надо выдвигаться. Мы шумим так, что слышно на другом конце города, — прошамкал Вилла. Говорит, как будто у него каша во рту. Выразился он иначе, но я понял его так. Фредерик кивнул. И скомандовал, не спрашивая меня.

— Выдвигаемся.

И мы выдвинулись. Шли быстро. Насколько это возможно. Впереди бежал капитан городской стражи — буквально, легкой трусцой. Одной рукой придерживаясь за лошадь Фредерика, а второй держа на весу меч в ножнах, чтобы тот не бил его по ногам. Лошади могли бы идти по живее, но кроме него в отряде было полно пеших — даже не считая лучников Виллы. Рядом со мной семенил Сперат, сдавленно ругаясь — он выполнял отчасти функции оруженосца, поэтому тащил здоровенный прямоугольный щит и двуручный топор — все это от щедрот Фредерика. Так же как и длинный меч в ножнах у моего седла, маленький треугольный щит на моей руке и копье в руке. Отдавать длинное копье Сперату я постеснялся — он и так неплохо навьючился. А я, все же, верхом. Из другого оружия у меня был только фламберг мертвецов, на который Гриф посматривал полным сожаления взглядом. Надо будет вернуть ему этот меч.

Дорога, несмотря на время, была совсем не многолюдна.