— Сеньор Магн! — рявкнул сзади омерзительно громкий мужской голос.

Я, разумеется, от неожиданности подавился. Но среагировал тут же — не переставая выкашливать сладкую мякоть, бросился вперед.

— Сеньор Магн! Это мой персик!

Воспоминания Магна услужливо подсказали мне, кто владелец этого голоса. И этого персика.

— Твою мать, — тихо вырвалось у меня на русском. Вот сейчас только этого упыря мне и не хватало! Я почти перешел на бег, но мерзкий зов, раздавшийся сзади подсказывал — меня преследовали. И, как минимум, не отставали.

— Остановитесь, молодой сеньор! — точно, вроде как ближе. Я не стал оглядываться, а отбросив все сомнения и приличия, перешел на бег.

Глава 4. Мой дядя, самых честных правил

По утоптанной до каменной твердости грунтовой дороге, мимо высоких каменных заборов скрывающих роскошные поместья, вдаль неслись мои сапоги. А в них был я. Все же ножки-ручки слушались плохо, и я прямо чувствовал как неловко двигаюсь.

За мной, шагах в пятидесяти, бежал пожилой тощий господин в подчеркнуто строгой одежде и кричал:

— Стойте молодой сеньор! Я вас узнал! Немедленно остановитесь!

А за этим, удручающе спортивным стариком, трусили два наемника из земель Железной Империи и стайка слуг. Хорошо, хоть они не орали.

Вот это я слинял, называется, по-тихому.

Немногочисленные прохожие сначала озадаченно останавливались и смотрели на меня. Потом на моего преследователя и испуганно шарахались в сторону. Потом снова на меня и начинали понимающе улыбаться. А вслед уже неслись откровенные смешки. Какой-то подмастерье, с массивной деревянной киянкой в руках, крикнул:

— Сеньор Итвис, я поставил на вас два чента, не подведите!

Да я бы с удовольствием, но я в не в лучшей форме. Бег, даже такой, легкой трусцой, давался все труднее. Золото в камзоле становилось все тяжелее. Метров через двести я окончательно выдохся и перешел на шаг. К счастью, мой преследователь был уже не молод и тоже начал сдавать. Рискнув обернутся, я увидел, что слуги уже буквально тащат обладателя противного голоса вперед, подхватив под руки. Он был бледен, тяжело дышал, но на его лице была написана каменная решимость. О да, говорят что в преследовании добычи все члены семьи Итвис проявляют просто волшебное упорство. А мой преследователь был Итвис.

Большая семья это, конечно, хорошо. Особенно тут, в магическом средневековье. Чем больше семья, тем больше шансов что ты всегда будешь сыт, обут, одет и при деле. Но есть и некоторые недостатки. Например, сами родственники. Они ведь тоже разные бывают. Не зря говорится, “в семье не без урода”. Вот и в семье Итвис есть такой, особенный, член.

Знакомьтесь, брат отца, мой дядя, Эмилий Итвис. Вон он, висит на руках слуг но упорно перебирает ногами, делая вид что идет сам. Хорошо хоть уже не орет каждую минуту. Помимо той несомненной его заслуги, что он родился в хорошей семье, мой дядя по совместительству ещё и самый ненавидимый людьми урод во всем Караэне и подконтрольных городу окрестностях.

Его настолько ненавидели в Караэне, что Эмилий стал персонажем анекдотов даже в соседних городах. А учитывая обычную для средневековых городков долгую историю местечковых разборок, и воспитанную поколениями нелюбовь к соседям, это что-то да значит. О том, насколько мой дядя ладил с людьми, говорит тот факт, что он был старше отца.